Тайна исповеди
- Автор: Свинаренко Игорь Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Захаров
- ISBN: 978-5-8159-1642-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Тайна исповеди». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Сохранена орфография автора.
А там и война кончилась — но молодежь долго еще дослуживала. Письма шли уже не с войны, а из тыловой части, которая жила вполне себе беззаботной жизнью:
«… погода неблагоприятная, целый день идет дождь, вообще уже последние дни августа месяца пошли дожди, ночи стали холодные, раздетый не пойдешь к латышке».
С войны и от латышек Володька пришел сержантом и орденоносцем.
— А за что у тебя Орден Славы 3-й степени? — спрашивали его, ожидая пафосных рассказов про подвиги и героизм.
— Да так… Наш взвод отстал от полка, а тут немцы, ну мы и отстреливаемся, у нас же пушка. Хватились нас, только когда вспомнили, что у нас полковое знамя. Послали за нами роту, та отбила нас. Всем дали по ордену, и мне в том числе. Просто получилось так.
Еще у него был Орден Красного знамени, связь которого с фактами героизма он тоже отрицал. И медаль «За оборону Ленинграда», про которую он после говорил детям:
— В любой ленинградский вуз устрою, я как участник обороны города имею льготы!
В Латвии тоже полно вузов, но их он сыновьям не рекомендовал.
Уйдя на дембель, Володька быстро женился — но не на одной из своих подруг, каким писал из армии, а на серьезной девушке Тане из планового отдела шахты «Капитальная». Она, несмотря на всеобщую нищету, очень тщательно подбирала гардероб и как-то так его дизайнировала, что выглядела не теткой, а просто дамой. К тому ж она медленно поворачивала голову, когда ее окликали, и смолоду требовала, чтоб к ней обращались по имени-отчеству.
Володька — тогда непьющий, и ТВ еще не было — завел себе хобби: голубей. Он их целовал, кидал вверх камнем, гонял с шестом, менял на базаре — короче, любил. Полет, свобода — наверно, дело было в этом, простые символы. Молодая жена, само собой, осуждала это «детство» и мечтала загнать своего геройского мужа в вечерний институт. Он отшучивался — но голуби и правда веселей.
Однажды Володька вернулся с работы, и, как он привык, сразу на голубятню — а там пусто. Ни одной птицы. Что такое? Оказалось, пришел парень, говорит Татьяне: «К вам мой голубь вроде залетел, а нельзя ли посмотреть?» Да чего тут смотреть, забирай их хоть всех. Тот обрадовался! Ну и унес с собой два мешка птиц. Ей было смешно наблюдать, как они нервно ворковали и трепыхались напоследок. Володька был вне себя, в сердцах сказал, что убьет жену!!!
Может, именно с того вечера жизнь их начала разлаживаться, он полюбил выпивать и завел вполне взрослое, не детское уже хобби: девок.
— Что, ты опять недовольна? То одно не нравится, то другое. Да тебе просто не угодишь! — говорил он полу-в-шутку, прикидываясь удивленным.
Но жена таки вынудила его пойти учиться — правда, всего лишь в техникум. Конспекты и курсовые ей пришлось за него писать самой, «тебе надо, ты и занимайся». Диплом, тем не менее, выписали на него…
Без высшего образования он смог дослужиться только до начальника профкома — что, впрочем, тоже неплохо. Вместо того, чтоб слепнуть в мрачных угольных подземельях и забивать легкие нехорошей пылью, он проводил время на свежем воздухе: дружил с подшефным колхозом, отправлял детей в лагеря (пионерские), командовал похоронами убитых на производстве шахтеров — и еще ж распределял квартиры! Одну из которых превратил в базу отдыха, где руководство дружило с девушками, и всё у них получалось здорово — а то ж раньше нелегальная любовь протекала исключительно в лесопосадках только летом, а теперь круглогодично! Жить стало лучше, жить стало веселее.
Что касается серьезной личной жизни, то Володьку на шахте называли «Дважды герой». Потому что одна его постоянная подружка — после развода с Татьяной, которой он не простил голубей, а она ему — блядей, — была дочка Героя Советского Союза, а у второй — у Людки — папаша был Герой Соцтруда. Стало быть, девушки из хороших семей засматривались на него. Старший сын подкалывал старика-отца, беспримерного ходока:
— А мне как, Люду мамой называть?
Мальчик был всего на четыре года младше «мачехи»…
Ирония судьбы: человек любил поорать про ненависть и презрение к спекулянтам, хвалил работяг, но как-то получалось, что жил он весело и красиво, еще с тех времен, когда удавалось поживиться на складах вермахта, и всегда был при делах, там, где делят что-нибудь приятное. А убытки его страшно раздражали. Он не мог забыть про обиду, которую фронтовикам нанесли в оттепель: перестали доплачивать за ордена, а деньги это были серьезные.
— Я наградами, значит, гордился, а теперь это что ж — просто значки? — вопрошал он.