Бегемот. Структура и практика национал-социализма 1933 - 1944 гг.

Лучшая формулировка этого типа теории была дана немецким теоретиком Социал-демократической партии Рудольфом Гильфердингом[538] не по отношению к Германии, а по отношению к России.

«Что правительственная экономика делает, так это упраздняет автономию экономических законов; это не рыночная экономика, а экономика потребления. То, что произведено и как произведено, определяется теперь не ценой, но государственной плановой комиссией, которая устанавливает характер и размеры производства. На взгляд извне цены и заработная плата все еще существуют, но их функция полностью изменилась. Они больше не определяют ход производства. Он направляется центральным правительством… Цены и заработная плата теперь только инструменты распределения, определяющего ту долю, которую каждый человек должен получить из общей суммы, которую центральное правительство выделяет всему населению. Цены теперь стали техническими средствами распределения, средствами более простыми, чем был бы прямой приказ, предусматривающий, какое количество различных продуктов (которые перестали быть предметами потребления) должно быть получено каждым человеком. Цены стали символами распределения, но они больше не являются регуляторами национальной экономики. В то время как форма была сохранена, функция полностью изменилась».

Те, кто полагает, что эта теория пригодна и для Германии, принимают также и фашистскую интерпретацию либерализма и демократии. Они утверждают, что капитализм характеризуется частным предприятием, отношением капиталиста и рабочего, множеством политически суверенных государств, парламентскими учреждениями, правящим классом, состоящим из капиталистов, и гражданскими или естественными правами человека. Больше ничего этого не существует.

Есть, конечно, различия в подходе к положению дел в Германии. Немецкому государству не принадлежит весь капитал в стране. Но это не имеет никакого значения для той школы мысли, которую мы только что обсуждали. В любом случае, утверждает эта школа, немецкое государство по крайней мере контролирует весь капитал. Для других авторов, однако, формулировка Гильфердинга представляет собой идеальный тип или модель, и они верят, что скоро она будет реализована.

Таков в общих чертах взгляд, которого придерживаются многие комментаторы происходящего в Германии. Это заманчивое представление, поскольку оно делает различия между национал-социализмом и демократией не только политическими и идеологическими, но также и экономическими: то есть оно рассматривает их как две экономические системы, частный капитализм и государственный капитализм, или капитализм и управленческую диктатуру.