Бегемот. Структура и практика национал-социализма 1933 - 1944 гг.

Картина не очень сильно отличается и в отношении коммунистического рабочего. Коммунистическая партия, как мы видели, была подготовлена к социальному империализму доктриной национал-большевизма. Именно поэтому возможно, и даже вполне вероятно, что некоторые группы в коммунистическом движении, особенно самые низкооплачиваемые рабочие, были восприимчивы к социальным империалистическим теориям до внезапного начала войны Германии и России. Но национал-большевистский лозунг коммунистической партии был простой формулой коррумпированного лидерства, отчаянно ищущего пропагандистские механизмы, которые позволили бы им конкурировать с национализмом, и национал-большевизм никогда спонтанно не принимался коммунистическими массами. Он был принят лишенным социальных корней пролетариатом, Lumpenproletariatу особенно многочисленными группами, принадлежавшими Красной лиге борьбы, которая оказалась в значительной степени поглощенной чернорубашечниками. Кроме того, национал-большевистские лозунги были отброшены коммунистической партией, когда стало ясно, что коммунистические массы были настроены против национализма и национал-социализма, несмотря на предпринятое коммунистической партией сотрудничество с реакционными группами. Последние остатки национал-большевизма, особенно среди самых низкооплачиваемых слоев коммунистических рабочих, были в конце концов вытеснены актуальной социальной политикой национал-социализма, который в наибольшей степени направлял террор именно против этих групп. Именно необученный рабочий низкой квалификации, особенно дорожный строитель, вероятно, испытывал на себе самое худшее обращение, и его права и интересы приносились в жертву почти ежедневно.

Идеология социального империализма тем не менее была полностью принята лишенными социальных корней группами среднего класса, поскольку они и были организованы в Национал-социалистическую партию. Поскольку эти слои среднего класса являются по-настоящему антикапиталистическими, для них новая теория — это на самом деле формула психологического требования большего достоинства. При Веймарской республике назвать представителя среднего класса пролетарием было, с его точки зрения, выражением презрения к нему. Но назвать его пролетарием сегодня означает наделить его положение максимально возможным достоинством, то есть назвать его борцом за великую пролетарскую Германию против окружающего капиталистического мира. Член СС является антикапиталистическим человеком, и сегодня он гордится тем, что его называют пролетарием. Прежний лавочник или ремесленник, неимущий крестьянин, безработный интеллектуал, у которого никогда не было времени или денег, чтобы закончить свои исследования, учитель начальной школы, все эти группы не любят капитализм в той же мере, что и коммунисты, и социал-демократы. Для них доктрина социального империализма адекватное выражение их чаяний и адекватная формула их требований достоинства и безопасности. Для них социализм — ненадежная доктрина, так как они ненавидят само основание, на которое опирается социалистическая доктрина: то есть равенство людей. Кроме того, доктрина социального империализма, как это всегда было, — это лозунг правящих классов, лозунг столь же старый, как и сам империализм. Социальный империализм — самая опасная формула национал-социалистической идеологии. Она обращена ко всем тем группам во всем мире, которые подвергаются риску пролетаризации: крестьянам, лавочникам, ремесленникам, учителям и другим интеллектуалам; она обращена к безработным, ко всем тем, кто в процессе монополизации потерял безопасность, но не хочет быть названным пролетарием. Она становится особенно опасной, так как она содержит долю истины, что немецкая экономика чрезвычайно развита, эффективна, и содержит множество прогрессивных элементов. Удивительная эффективность технического аппарата Германии, объединенная с доктриной социального империализма, является сегодня величайшим оружием Германии. Как раз к структуре этой экономической системы мы теперь и должны обратиться.