Невеста Обалуайе

В темноте повисло неловкое молчание. Оба поставила свои кастрюли на перевёрнутый ящик у крыльца, отогнала светлячка, усевшегося ей на волосы. Рокки внимательно наблюдал за молодой женщиной, отодвинувшись от лунного света в тень. В кухне прекратился звон посуды, почти смолк телевизор. Рокки усмехнулся – и только сейчас заметил у калитки огромную фигуру, почти слившуюся с зарослями гибискуса.

– Твой мужчина тоже пришёл? Боится за тебя?

– Да, Огун, он… Он захотел пойти со мной. Дело в том, дон Рокки, что… – вконец смешавшись, Оба умолкла и принялась комкать в руках полотенце. Рокки смотрел на пляшущих над кустами светлячков и благодарил бога за темноту вокруг. За благословенную тьму, которая помогла ему овладеть собой. И голос Рокки, когда он обратился к Оба, звучал почти как обычно.

– Ты что-то хотела сказать мне, дочь моя.

– Да, дон Рокки. Хотела. – Оба шумно вздохнула и решительно повесила перекрученное полотенце на перила. – Я хотела спросить, с вашего позволения… Что вы собираетесь теперь делать?

Рокки молчал.

– Извините меня, дон Рокки, я понимаю, что не имею никакого права спрашивать, но… Но ведь вам не нужно больше прятаться, не так ли? Ваша сестра сейчас успокоилась в мире эгунов. Эуа и Ошумарэ дали ей ребёнка, и Ийами Ошоронга больше не потревожит вас. Вам нет никакой нужды возвращаться в тюрьму.

– Это так, – ровным голосом подтвердил Ироко.

– Ну вот… И я подумала… Я решила, что, может быть… Дон Рокки, мои дела сейчас идут хорошо. У меня свой ресторан в Бротасе. Не бог весть что, но люди приходят с удовольствием. Есть где жить, квартира небольшая, но места хватает. Я подумала, что вы… Что вам, возможно, захочется перебраться ко мне.

Наступила тишина, прерываемая лишь стрёкотом цикад. Рокки сидел не поднимая взгляда. По его ноге деловито взбирался большой паук.

– Малышка, – наконец, послышался голос – понизившийся настолько, что Оба пришлось подойти ближе. – Верно ли я тебя понял? Ты приглашаешь к себе в дом чужого человека, всю жизнь просидевшего в тюрьме? И полковник согласен на это?

– Мой мужчина не вмешивается в мою жизнь, – тихо, но твёрдо проговорила Оба. Она не решилась опуститься на ступеньки рядом с Рокки и присела напротив него на ящик. – И… И вы ведь сами знаете, что не чужой мне. Так уж вышло.

– Девочка, пойми меня правильно, но… Нельзя звать к себе первого встречного лишь потому, что твоя мать когда-то с ним переспала.

– Вы – мой отец, дон Рокки. С этим ничего нельзя поделать, – упрямо возразила Оба.