Вирус Кагуя: креатор

Ричард вернулся ближе к ночи. Он снял рубашку и присел на край кровати.

– Ты спасла мне жизнь сегодня, – сообщил он.

– Мой токсикоз спас жизнь нам обоим, – ответила Брук и села рядом.

– Когда же это безумие закончится, – устало воскликнул Ричард.

Брук погладила молодого человека по спине и сказала:

– Наверное, когда родится Даниил. Сопротивление хочет остановить производство лекарства. Если им не удастся убить нашего ребенка до взятия материала, дальше охотиться на нас будет бесполезно.

Ричард посмотрел на Брук. Лицо девушки источало абсолютное спокойствие.

– Тебе не страшно? – удивился он.

– Сначала было страшно, но теперь все чувства притуплены. Я решила, что моя жизнь ничего не значит. Главное, чтобы Микаэля и Еву оставили в живых.

Ричард обнял возлюбленную и, прижав к груди, проговорил:

– Прости, что втравил тебя во все это. Обещаю, что с тобой и детьми ничего не случиться.

– Практика показывает, что ты не в состоянии это контролировать, – возразила Брук.

Ричард встал с кровати и начал мерить шагами комнату.

– Это был единичный случай, – твердо заявил он, – Больше такого не повторится.

Брук не знала, каким именно образом молодой человек достиг этого, но слово свое Ричард сдержал. Охраны на этажах не стало больше. Свобода перемещения осталась прежней. Но с того дня с улиц прекратили доноситься звуки выстрелов. Центрум словно уснул на девять месяцев, ожидая рождения Даниила.

Постепенно страхи оставили Брук. Девушка смогла забыть о покушении и проживала каждый день в теплом кругу семьи. Чем ближе становился день родов, тем больше времени Ричард проводил с семьей. Невозможно было не заметить, насколько он счастлив. Безумная любовь к Брук и дочери дополнялась волнительным ожиданием рождения сына. Молодой человек изменился даже внешне. Он весь словно светился изнутри, был улыбчив и много шутил. Даже Микаэль не смог устоять перед его очарованием. Ричард вырезал ему еще несколько фигурок из дерева, и тот часто играл своей пополненной коллекцией с Евой.

Брук смотрела на Ричарда и не узнавала. Он любил ее так сильно, что девушка неосознанно прониклась глубокой симпатией к молодому человеку. Теперь, просыпаясь по утрам, она не старалась сбежать из кровати, а обнимала Ричарда и ждала, пока тот проснется.

Лишь одно отравляло счастье нового семейства. Брук не могла забыть Дамиана. Почти каждую ночь видела она сны про райскую бухту. Там, в доме с большими окнами, они с Дамианом все еще были вместе. Он рассказывал, как дела в мастерской своим красивым бархатным голосом. Там, во сне, он был еще жив, а Брук не знала о пугающей реальности. Она гладила его по густым волосам и внимательно слушала. Иногда сны смешивались с реальностью. Дамиан сидел на чердаке с винтовкой и говорил, что кто-то крадется к дому. Такие сны были наполнены тревогой и страхом. Брук смотрела из маленького окошка вниз и видела, как в мужчину целится снайпер.