ЗМиМ Замок Волшебника IV

Оставшиеся пленники переглянулись и один из сидевших в колодках с горькой иронией произнес.

— Мы отщепенцы господни, так вы про нас говорите. Еретики, так сказать. Что для Церкви, что для Леса.

— Аранья, — усмехнулся прелат, — потомки народов, что в древности Высшие эльфы содержали в качестве цепных псов у своих границ, в качестве буферного заграждения. Если не ошибаюсь, те что в колодках, это три ведьмака и рубака — оборотень и вот этот болезный, тоже оборотень и тоже рубака. Остальные одиннадцать — вольные стрелки?

— Глаз у тебя наметанный, небось ценный ингредиент, — усмехнулся один из седовласых мужиков в колодке, вызывая смех двоих собратьев.

Прелат тоже усмехнулся. По доброму так. Вот только от тона, которым он сделал следующее предложение пробрало даже меня, знавшего что это все игра.

— Смешной. Демоны оценят такого. Думаю на пару душ оценят. Выгодная сделка, полтора десятка «еретиков» на два десятка православных душ сменять. Так что ты шути, шути, пока можешь.

— Э-э, святоша! Какие демоны, вы же нас всегда казнили просто? — озабочено всполошились, как их там назвал прелат, араньи?

— Расточительно это, когда есть возможность за таких как вы освобождать родных и близких. Благо у Лорда есть такой выгодный договор. Так что у вас было два варианта, либо пойти на обмен к демонам, либо заслужить право на жизнь, верно служа нашему лорду. Но судя по тому как служить вы желания не изъявляете….

— Это, так вы и не предлагали еще! — подал голос оборотень в колодках, что первым заговорил со мной.

— Присяга. Полная. Не клятва наемника, а присяга. Это обязательное условие, — отчеканил прелат, внимательно осматривая сидевших в цепях и колодках пленных.

— Да уж, умеете вы быть убедительными, — после небольшой паузы и переглядок между собой произнес самый говорливый ведьмак, — условие только одно, веру не меняем. Ну и оружие нам верните.

— Насильно веру менять никто вас не заставляет, но если кто надумает по мере службы — всегда буду рад помочь перейти в лоно истинной веры, — опять надел маску доброго священника отец Иоган, давай знак, чтобы оставшихся пленников тоже принялись освобождать.

Отхожу немного в сторону, и открыв форум читаю, кто такие аранья. Замок темного друида, вот что это такое. А ведьмаки — это воины уровня паладина! Причем, как я понял механику, один на один они рвут паладина, а вот уже стенка на стенку — уже у них ни малейшего шанса. Воины одиночки, направленные на уничтожение топовых монстров других замков. В прямом столкновении замок довольно слаб, но вот только заточен он на оборону, я бы даже сказал на подлую, затяжную оборону. В этом он даже может посостязаться с эльфами. Те же вольные стрелки, что мы сейчас освободили, немногим недотягивают до эльфийских лучников.

С присоединением араньи, мораль просела до единички, что уже грозило началом межрасовых склок и ссор. Пытаюсь сориентироваться и распределяю войска так, чтобы между новичками и основными войсками при марше шли минотавры, нивелируя риски низкой морали. Минотавры всегда имеет положительную мораль, если им платят и есть еда и алкоголь, вот пускай и служат буфером, чтобы не допускать раздора среди войск. У человеческих войск и эльфийских мораль играла от бонусов Стаса, позволяя выиграть между ними два дополнительных очка, делая их между собой нейтрально-дружелюбными, но не более. Вообще, изначально странный выбор кланлидера со сборной солянкой не давал мне покоя, все известные гайды настойчиво рекомендовали использовать набор войск своего замка, мол и проще и удобнее и баланс замков подобран таким образом, что он может нагнуть треть замков, от трети отбиться и от трети умирать сам. А солянка убивает мораль, усложняет все попытки управлять толпой и не дает полноценно использовать сильные стороны рас. Вот только Стас, похоже не читал эти гайды и спокойно собирал разносортные войска из рас, каким-то невероятным образом умудряясь не только поддерживать положительную мораль, но и использовать именно сильные стороны от каждой расы, делая свою армию… совершенной? Жаль что я не могу так сделать, из-за низких показателей морали.