Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

— Вы знаете, где меня найти. Мой номер телефона указан в справочнике.

— Благодарю вас.

Он неуклюже вышел из машины и пошел по тротуару ровным, неторопливым шагом.

Через несколько минут Мегрэ и Жанвье уже звонили в дверь бывшего частного особняка. Дверь им открыла консьержка — красивая женщина лет сорока. Она оглядела их через застекленную дверь, комиссар вошел первым.

— Привезли тело?

— Еще нет, но служащие бюро похоронных процессий уже наверху. Думаю, покойного привезут к концу дня.

— Я хочу представить вам инспектора Жанвье, он тоже ведет это дело. Сколько лет мадам Марсиа живет в этом доме?

— С тех пор, как они поженились… Должно быть, свыше четырех лет.

— У них часто бывали гости?

— Почти никогда. Вам ведь известно, что месье Марсиа не возвращался домой раньше трех-четырех часов ночи. Он все утро спал, потом завтракал, отдыхал, потом ему делали массаж.

— Обедал он дома?

— Редко. Чаще всего у себя в ресторане.

— Вместе с женой?

— Нет, мне кажется, он не любил, чтобы она ходила к нему в ресторан.

— Почему?

— Наверное, опасался нежелательного знакомства. Не забывайте, что ему было за шестьдесят, а ей нет тридцати…

— Что она делала дома?

— Отдавала распоряжения кухарке, горничной. Иногда ходила к Фошону или в другие роскошные магазины, чтобы купить то, что не продается в нашем квартале. Раз или два в неделю ходила к парикмахеру.

— В центре?

— Кажется, на улице Кастильон…

— А по вечерам?

— Читала, смотрела телевизор. Перед сном минут на десять выводила собачку…

— А в кино ходила?

— Возможно. Раз или два в неделю отсутствовала весь вечер.

— А к ней никто не приходил?

— Никто.

— Благодарю вас. Она наверху?

— Да. У нее портной.

Они не стали вызывать лифт, а поднялись и позвонили в дверь второго этажа. Открыла им молодая горничная с огромным бюстом.

— Что вам угодно?

— Мы к мадам Марсиа.

— Мадам Марсиа занята.

— Мы подождем.

— Что передать?

— Уголовная полиция.

— Одну минутку.

Она оставила их в холле, а сама скрылась в глубине квартиры. Дверь в гостиную была открыта. Оттуда уже вынесли мебель в стиле Людовика XV, исчез и большой китайский ковер, а рабочие, взобравшись на стремянки, обтягивали стены черной материей.

Приготовления шли с размахом — гостиная была превращена в часовню. Вероятно, портного пригласили, чтобы заказать траурную одежду.

— Пройдите, пожалуйста, со мной.

Она провела их в кабинет или библиотеку, от пола до потолка уставленную стеллажами. Все книги были в тисненых переплетах. Наверняка месье Морис их не читал.

Мягкие, удобные кресла. Тут же стоял маленький бар, внутри, должно быть, находился холодильник. Письменный стол, обитый красным сукном, был совершенно пустым.

Мебель кабинета была выдержана в английском стиле. В специальной шкатулке красного дерева, инкрустированной слоновой костью, вероятно, лежали дорогие гаванские сигары. Интересно, стояла ли здесь эта мебель и все остальное, когда Лина появилась в доме? Или, может быть, именно она придала квартире определенный стиль?