Корабль в вечность
- Автор: Хейг Франческа
- Серия: Огненная проповедь #3
- Год: 2022
- Язык: русский
- Переводчик: Дамский клуб LADY
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Корабль в вечность». Краткое содержание книги:
Омег изгоняют из общества собственные семьи, как только проявляются мутации. Вынужденные жить обособленно, они подвергаются угнетению со стороны своих сородичей-альф. От расправы альф удерживает только то, что при смерти одного близнеца погибает и второй.
В захватывающей заключительной книге трилогии Касс, Дудочник и Зои узнают, что Далекий край существует на самом деле, и что он более реален и сложен, чем им представлялось. Теперь они обязаны поспешить, чтобы помешать альфам уничтожить то единственное, что сулит омегам шанс на спасение.
Конец вековому угнетению близок, но прежде чем познать вожделенную свободу, Касс должна преодолеть свою верность родному брату — и злейшему врагу — Заку. А если не соблюдать осторожность, в борьбе за власть могут погибнуть оба...
Я упала спиной на воду, удар выбил из легких последний воздух. Ожившее море бесновалось, затягивало в глубину. Я открыла глаза и увидела, что море смотрит на меня. Сквозь толщу черной воды в пучине сиял солнечный зрачок.
Резь в груди напомнила о существовании времени, о том, что я уже довольно давно не дышу. Где-то наверху меня ждал день, но я не знала, в какой стороне верх. Вокруг была лишь темная вода да все затмевающий ярчайший свет впереди.
Должно быть, под водой я закричала, потому что изо рта вырвались пузырьки, светящиеся оранжевым. Разум отказал, но тело по наитию последовало за пузырьками. Руки и ноги замельтешили, и я подумала, что даже если уже поздно, лучше умереть вот так, борясь за жизнь.
Я обрела воздух, вынырнув в свет дня, оказавшийся намного тусклее того, что горел под водой. Вдох обжег легкие, но это была приятная боль, и я принялась жадно дышать. Поверхность моря выглядела странно спокойной, словно глубинное кипение накрыло стеклом. Я осмотрелась. Белая пена исчезла, и вода снова потемнела.
Зак плавал на спине неподалеку. Я погребла к нему. Он повернул ко мне голову, его глаза показались такими же стеклянными, как морская гладь.
— Мы живы? — спросил он.
Мне все еще не хватало воздуха, чтобы говорить. Я сплюнула воду, а когда попыталась снова вдохнуть, накатил удушающий кашель.
— Мы живы? — повторил вопрос Зак.
Я открыла рот, чтобы ответить, но соленая волна захлестнула рот и ноздри. Меня затягивало в пучину. Зак тоже тонул, и мы ухватились друг за дружку, погружаясь в воду.
Все как всегда. Мы либо утопим друг друга, либо спасем.
Глава 32
Лодка нашлась быстро — взрывом ее отшвырнуло в сторону, но не перевернуло, и, набрав воды, она покачивалась на волнах метрах в пятидесяти от нас. Мы с Заком поплыли к ней, расталкивая обломки корабля Воительницы.
Забраться в лодку оказалось нелегко. Довольно долго мы просто цеплялись за борта, пока мои замерзшие руки не начали соскальзывать. Тело немело. Пришло осознание, что если сейчас же не стряхнуть с себя усталость и не перевалиться через борт, то второго шанса не будет. Я с усилием подтянулась, царапая о доски живот и бедра, и уже вычерпывала из лодки воду, когда Зак тоже сумел забраться.
Оба весла унесло, и поначалу мы просто дрейфовали; обломки корабля скрежетали о борта. Отдышавшись, мы принялись грести руками, но вскоре мне попалась длинная расщепленная доска, и я пустила ее в ход вместо весла. Выловив обгорелую бортовину, Зак последовал моему примеру.
Я многое высказала брату, пока мы занозистыми деревяшками гребли к берегу. В ушах стоял звон, которого я долго не замечала, и только начав говорить, поняла, что едва себя слышу. Но я все равно не умолкала, потому что хотела побыстрей покончить с последней задачей.
— Когда ты пришел к нам в поисках убежища, я сказала, что ты творил неописуемые мерзости. Но не такие уж они неописуемые.
Тогда в Нью-Хобарте, отказываясь предъявить конкретные обвинения Заку, я словно снимала ответственность с него… и с себя. Как ни трудно обрисовать действительность словами, я все же смогла бы подобрать подходящие, если бы осмелилась произнести их вслух, если бы не боялась навесить ярлык на своего близнеца и на себя.
А теперь я решила выговориться. Ведь слова при кажущейся никчемности обладают немалой силе. Одно за другим я перечисляла преступления Зака, не переставая грести. Воскрешая в памяти битвы и резервуары, я называла имена знакомых мне жертв. Кип. Рона. Виолетта. Таша. И дети, которых мы вынимали из бака в Нью-Хобарте: Алекс, Луиза, Оливер, Лилиана. Я говорила о Леонарде, о том, как его пытали и убили. О Ксандере и его тощем изломанном теле. Говорила о Паломе и цепочках шрамов на ее кистях и запястьях. Жертвы проходили перед моими глазами, и я называла их имена. А если не знала имен, то описывала облик тех, кого видела в Шестом убежище и во многих других местах.
Не знаю, слышал ли меня Зак, но я продолжала говорить и говорить, называя по одному имени на каждый гребок. Зак греб в одном ритме со мной. Мои слова не были для него епитимьей и не могли залечить нанесенные им раны — мертвые остаются в могилах, Палома изувечена, а освобожденные из резервуаров никак не вернутся к полноценной жизни. Но мне требовалось все ему высказать, положить совершенные им преступления к его ногам, а не к своим. Хотелось припечатать: «Это сделал ты». Я воображала, что с каждым моим словом лодка погружается в воду все глубже и глубже, наполняясь тенями погибших и заключенных в баки.