Олег Верстовский — охотник за призраками [Тетралогия]

— Мне стоит уехать?

— Нет, ни в коем случае, вы — единственный человек, который сможет разоблачить негодяев, которые охотятся за вами. У вас есть особая сила, даже большая, чем в Милане Рябининой.

— Господин Кастильский, а если я разоблачу вас? — я бросил ироничный взгляд.

Он усмехнулся.

— Совершенно этого не боюсь.

— Я знаю, вы снабжаете некой аппаратурой своих клиентов, чтобы они организовывали шоу, подобному тому, что происходило в доме Колесниковых.

Кастильский тихо рассмеялся, и его глаза перестали выглядеть, как голубые льдинки. Наоборот, подобрели, лицо посветлело.

— Да, вы правы, снабжаю. И не вижу в этом ничего предосудительного. Вы же не пойдёте в полицию? В сущности, вас там поднимут на смех.

— Призрак в доме Колесниковых — ваших рук дело? — резко спросил я, глядя прямо ему в глаза.

— Я не буду отвечать на этот вопрос. Но Сергей Колесников совершил ужасное преступление, правосудие оказалось бессильным, он не понёс наказания. Не спрашивайте меня, как я об этом узнал.

— Он сделал это ради маленького Вадима, к которому привязался. Я видел, Сергей очень любит мальчика.

— Это Сергей вам сказал? — снисходительно усмехнулся Кастильский. — Вы знаете не все. На наследство дяди Екатерины Максимовой претендовала она, и её сестра Нина. Вернее, не так. Претендовала только Нина, и её маленький сын. Потому что в завещании было указано, что наследство перейдёт Вадиму. Сергей об этом знал.

— Вы хотите сказать, что Сергей подстроил автокатастрофу Нине и её мужу? — воскликнул я.

— По-видимому. Когда Нина не погибла, а стала лишь инвалидом, Сергей довершил дело и маленький Вадим получил наследство, дом, приличный капитал. Вместе с женой Сергей усыновил Вадима. Благодаря этим деньгам Колесников стал директором лицея.

— Он раскаялся в убийстве. И сейчас он нужен жене и детям.

— Господин Верстовский, это прекрасно, что вы готовы по-христиански прощать, но представьте, если бы на месте Нины была женщина, которую вы очень любите? Как в таком случае вы относились бы к её убийце?

Я вздрогнул, Кастильский угодил в самое больное место.

— Так кто же мстит Колесниковым? — мрачно поинтересовался я.

Кастильский промолчал, лишь расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Призрак Северцева тоже ваших рук дело?

— Нет. Заверяю вас. Почему он стал являться вам, я не имею ни малейшего представления. У вас образовалась с ним тонкая духовная связь. Он просит вас разыскать его убийцу?

— Нет, он только предупреждает об опасностях, которые грозят Милане. Благодаря ему, я вовремя подоспел, когда она пыталась покончить с собой.

— Это очень странно. Обычно души остаются на земле, когда они хотят найти и покарать своего убийцу. Почему он обратился именно к вам, мне не ясно.

— Григорий Северцев — внук брата моего деда, Фёдора Николаевича. Но я не знал, что у деда есть брат, он никогда не рассказывал об этом.

— Вот как. Иногда троюродные братья порой больше походят друг на друга, чем близкородственные. Как в вашем случае.