Олег Верстовский — охотник за призраками [Тетралогия]

— Дорогой, ты не обиделся? — она обвила меня за шею.

— Разве я могу обижаться на тебя? — я улыбнулся.

Я уложил её на спину, наклонился, покрывая нежными лёгкими поцелуями грудь, шею.

Внезапно послышался странный шум, будто кто-то ломился по лесу, не разбирая дороги.

Я с неудовольствием оторвался от приятного занятия. Из леса вылетел невысокий парень в лохмотьях, лицо представляло собой единое иссиня-красное месиво. Но я все равно узнал его. Он остановился на краю леса, задыхаясь. Увидев меня, бросился со всех ног, спотыкаясь и падая.

— Помоги, кореш, пожалуйста! — прохрипел он, добравшись до меня на четвереньках.

— Что с тобой, Колян? Кто за тобой гонится?!

— Помнишь, я тебе говорил. Они меня убьют, как остальных!

Он упал мне под ноги, я помог ему встать и потащил к катеру.

— Там, такое, ты не представляешь. Я с трудом сбежал. Всех остальных порешили, — бормотал он. — Жуткая бойня. Если поймают, мне конец. Я единственный, кто сумел сбежать.

Милана в ужасе взглянула на нас, но подала руку, чтобы помочь взобраться в катер.

Сухой резкий звук, будто удар плетью. Колян обмяк и кулём свалился мне под ноги.

Около дерева, метрах в ста от нас, стоял высокий сухопарый мужчина в тёмном костюме. Скорее это походило на форму. Он перезарядил винтовку, прицелился. Быстро взглянув на неподвижно лежащего Коляна, я крикнул:

— Милана, быстро на дно!

Пуля чиркнула по моей щеке, но я с силой толкнул катер в воду, впрыгнул и завёл мотор. На берег высыпало несколько человек в такой же форме, с винтовками.

Мы летели по водной глади под свист пуль, выскочили из лагуны и понеслись к лодочной станции.

— Жива? — спросил я Милану, которая по-прежнему лежала на дне.

Она привстала, села на скамейку и провела рукой по взмокшему лбу.

— Вроде бы, — пролепетала она. — Что это было, Олег?

Я почесал в затылке, кажется, я знал ответ, но решил пока не делать выводов.

Осмотрел катер: в нескольких местах в бортах торчали гильзы. Если бы они пробили мотор, мы бы точно пошли ко дну. Мы причалили к пристани, я помог Милане выйти, прижал к себе.

— Успокоилась, малыш?

Вытащил из-под скамейки пиджак, набросил ей на плечи.

— Отвези меня назад, — тихо попросила она. — Ты же знаешь, я сбежала.

Мы вернулись в больницу, прокрались в палату, она юркнула в кровать и закрылась одеялом до подбородка.

— Молодой человек, что вы тут делаете?! — услышал я вопль дежурной медсестры. — Немедленно уходите! Или охрану вызову!

Я помахал Милане рукой, послал воздушный поцелуй, и вышел в коридор. Прислонившись к стене, глубоко задумался. Охрана палаты точно бы не помешала, те люди, которые пытались нас убить, захотят убрать свидетелей. Наверняка, они нас запомнили. Но к кому обратиться? Верхоланцев в больнице со сломанной ногой, Розенштейн сам завязан в этом деле, а Лифшиц — пешка.