Осада Кавказа. Воспоминания участников Кавказской войны XIX века

Среди кровавого побоища, рядом с подвигами храбрости, самоотвержения, поражали и самые отвратительные сцены в занятой части населения: некоторые из солдат обирали валявшиеся трупы убитых, вытаскивали из горевших саклей всякую всячину, даже вещи ни к чему не пригодные. Мне случилось встретить одного негодяя, тащившего с большим трудом по едва проходимым буеракам огромную деревянную лохань, и когда я остановил его, сделав ему замечание, что он уходит из боя, чтоб унести такую бесполезную вещь, он тут же, одумавшись, швырнул свою лохань и разбил ее вдребезги о камни. Тут я понял, как трудно бывает офицерам в подобном бою удержать свою часть в порядке и прекратить мародерство, раз что завелась в войске эта язва.

С того момента боя, когда атакующие войска ворвались в селение и рассыпались мелкими группами, чтобы постепенно выбивать неприятеля из каждого дома, офицерам Генерального штаба уже нечего было там делать. Около полудня я возвратился в главную квартиру отряда для личного доклада командующему войсками о подробностях дела, которых мне пришлось быть свидетелем в этот день. Сильное утомление после бессонной ночи и толкотни, в которую я попал, при сырой погоде, все это отозвалось на моей ране. Но я позабыл о ней, когда узнал, что из моих товарищей тяжело ранены барон Вревский и Минквиц. Их принесли на носилках и уложили в палатке. Вревский, у которого была прострелена рука, потребовал себе азиатского знахаря; Минквиц не мог скрывать своих страданий. Также ранен и генерал-майор Пантелеев.

Наступившая ночь не принесла нам отдохновения. Горцы, дождавшись темноты, бежали из селения по разным направлениям; но не всем удалось пробраться благополучно между войсками, сторожившими пути отступления неприятеля. Иные наткнулись на штыки пехоты; другие изрублены казаками; некоторые же убивались при падении с крутых скал. К рассвету 1 июня селение оказалось совсем покинутым горцами; а толпы, видневшиеся прежде на высотах вправо от селения, исчезли. Потеря у неприятеля была весьма значительная: по собранным впоследствии сведениям до 2 тысяч человек убитых и раненых; пленных захвачено очень немного. С нашей стороны насчитано было 146 убитых (в том числе 30 офицеров) и до 500 раненых (в том числе 30 офицеров). В то же утро отправлен транспорт с ранеными в укрепление Удачное, под прикрытием двух батальонов.