Манекен за столом. Роман-антиутопия [CИ]

Непрочные увлечения разваливались, сохранялись лишь у тех счастливчиков, у которых были истинными. Многие не знают, куда себя деть.

День разгорался. Город на равнине был виден далеко. Солнце огненно отражалось сразу во многих окнах, как магма.

Горожане, наверно, только просыпаются. Потягиваются, созваниваются. На работу идти не надо. Обычный будний денек.

Топ, наверно, у одной из своих подруг. Их у нее стало много.

Мы редко виделись. В основном она пропадала. Город большой. В нем легко затеряться. Но как в нем скучно.

На широкой площадке уже возились. С одной стороны казалось, что она резко обрывается в пропасть. С другой стороны был мрачный лесок.

Художник Линза меня не узнал.

Я поинтересовался, что он ищет.

— Хворост, — сказал он, не узнавая меня.

Я посмотрел в сторону леса. Он тоже посмотрел туда. Посмотрел через силу.

Темно было в лесу. Полог листьев плотно смыкался сверху, как пещера.

Художник Линза разложил мольберт.

— Я совсем не умею рисовать, — сказал Линза.

— А в школе?

Он посмотрел на меня. Он узнал меня.

— С чего ты взял, что я рисовал?

— Но что-то же изображал.

— Было дело, — сказал Линза. — Мне очень жаль. Тебе что, нужна живопись?

Вопрос был задан в лоб.

Я так и знал, что он спросит.

— Ты приобрел признание?

— Да, — сказал Линза. — У меня много наград. Я отмечен во множестве каталогов.

— Вот, — сказал я. — Что же ты?

— У меня нет ни одной картины, — убежденно произнес Линза.

— А какой у тебя был успех на выставке! — сказал Сорняк, раскладывая по траве консервы.

— Мы будем есть консервы? — удивился я.

Сорняк поднял голову, как при низком старте. Его лицо покраснело от усилия.

Я хотел спросить его о Феномене. Феномена нигде не было.

С Сорняком разговаривать, к сожалению, раз от раза становилось все скучнее. Почему это происходило, непонятно. Сорняк много знал, много умел. Ловкость рук у него была изумительной.

Он подметил, что я за ним наблюдаю. И выпрямился.

— Пикет, — сухо сказал он. — Я тебе прямо говорю, ты нам мешаешь.

Я даже не успел удивиться.

Что-то его во мне насторожило, и он сказал: — Учти, я прошел курс выживания. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит.

На поляне бродили Тюфяк и Опыт. Тоже явились на пикник.

Сорняк вдруг схватил меня за руку. Так их учат на всяких курсах. А я просто толкнул его.

Сорняк зажмурился и полетел в пропасть. Точнее, стал съезжать по обрыву вниз.

Все смотрели на меня остановившимися глазами, в которых скопилось столько отчуждения, что стоило провалиться под землю.

Секрет задумчиво покусывала травинку.

— Пойдем в лес, — сказала она.

Сорняк продолжал карабкаться по склону. Никуда свалиться он не мог.

— Почему они не наберут настоящих дров? — недоуменно спросила Секрет.

— Похоже, ты среди них единственный нормальный человек.

— А ты зачем размахался руками? Так уже давно никто не поступает.

— Как это ты заметила?