Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

— Почему же ты тогда сам ему не позвонил?

— А зачем мне ему звонить?

— Чтобы договориться. Боб это сделал вместо тебя. Что ты велел ему сказать?

— Не понимаю, о чем вы.

— Не валяй дурака. Ты прекрасно знаешь, что нельзя так просто постучать в дверь Джиованни, особенно такому мелкому альфонсу, как ты. А вчера ты пошел к нему, и вы беседовали целый час.

— Мы просто болтали.

— О чем?

Марсель нервничал. Беседа начала принимать неприятный оборот.

— Ну, я спрашивал, нет ли у него для меня работы. У него ряд предприятий, совершенно легальных. Ему мог бы потребоваться доверенный человек.

— Он дал тебе работу?

— Он должен подумать и через несколько дней даст ответ.

Марелла снова взглянул на Мегрэ, давая знак, что он закончил.

— Вы слышали, что сказал мой коллега Марелла? Вы пойдете в полицию и повторите там то, о чем говорили здесь. Подождете, пока протокол перепечатают, и подпишите его. Постарайтесь ничего не забыть, особенно что касается Боба и Джиованни. Без моего разрешения вы не выедете из Тулона.

Мегрэ и Марелла вышли на улицу.

— Я не слишком вмешивался в дело, которое ты ведешь? — спросил Марелла с некоторым беспокойством.

— Наоборот. Ты оказал мне большую услугу.

Бар находился на углу бульвара и узкой улочки, по которой было запрещено автомобильное движение. Он назывался «Адмирал». На тротуаре под ослепительным солнцем стояли четыре столика, покрытые скатертями в клетку. Внутри помещение казалось мрачноватым, но зато там был приятный холодок.

Бармен со сломанным носом боксера и сплющенными ушами был занят мытьем стаканов. В это время еще не было посетителей.

— Добрый день, комиссар. Что вам подать? — обратился бармен к Марелла, Мегрэ он не знал.

— У вас есть провансальское вино? — спросил Мегрэ.

— Розовое в графине.

— Два розовых. Или графин, если хотите.

Мегрэ и Марелла чувствовали себя свободно, только Боб был чуточку напряжен.

— Скажи, Боб, у тебя был гость вчера вечером, правда?

— Вы знаете, здесь гостей предостаточно.

— Я говорю не о клиенте. Я имею в виду того, кто приезжал из Парижа специально, чтобы увидеться с тобой.

— Увидеться со мной?

— Ну, попросить тебя об услуге.

— Не знаю, какую услугу я мог бы ему оказать.

— Давно ты его знаешь?

— Семь или восемь лет.

— У него все в порядке?

— Чего он хотел?

— Он был проездом, хотел поболтать.

— Просил тебя позвонить?

— А?

— Не строй из себя дурака. Один из моих людей сидел в зале и видел, как ты закрылся в телефонной будке, а твой приятель ждал. Он был неспокоен. Когда ты вернулся и что-то тихо сказал, он вздохнул с облегчением.

— Речь идет, вероятно, о его старой подружке, Марии, он пошел повидаться с ней.

— Не надо быть таким деликатным, Боб. Ты звонил Пепито Джиованни, с которым когда-то работал, прежде чем образумился. Он согласился принять твоего приятеля Марселя. И это более чем странно, ведь Джиованни не принимает любого, особенно дома. Что ты ему сказал?