Матрикул Без права на подвиг
- Автор: Респов Андрей
- Язык: русский
- Жанр: LitRPG
Электронная книга - «Матрикул Без права на подвиг». Краткое содержание книги:
— Вона, как! Теперь-то ты ему по гроб жизни обязан, Пётр. Благодаря его науке, у тебя теперь всегда будет кусок хлеба и крыша над головой.
Блин, вот как это у него получается? А? Почти вдвое младше меня, а наставления читает с таким видом — куда там прожжённому гуру!
— Ладно, Теличко, раз такое дело, пойдём, определю тебя в спецбарак и талоны на питание получишь. А после обеда займёмся обработкой свежих поступлений для архива. С таким помощником, как ты, мы это дело враз сладим.
— Благодарствую, господин старший писарь, — я встал из-за стола, подобострастно придерживая потрёпанную пилотку, что выдали мне вместе с формой.
Переиграть я, как ни странно, не боялся. Нескольких часов пребывания в комнатах отдела мне было достаточно, чтобы наглядеться на характер поведения служивших здесь военнопленных. Чинопочитание, к начальству, да что там, к любому немцу, если и не было возведено в абсолют, то очень близко приближалось к этому уровню.
Местами облизывание задниц приобретало поистине виртуозный характер со всеми вытекающими. А груздём я уж назвался, пора обживаться в этом кузовке, становиться «своим» в доску.
Разительные перемены в моей лагерной жизни на сегодня не закончились новой одеждой и определением на постой в отдельный барак, рядом с которым имелся отдельный сортир, имеющий не только стены и крышу, но даже ведро с хлорной известью для обеззараживания.
Еду для полицаев и для прочих писарей с хлеборезами готовили отдельно. Не сказать чтобы было богато с разносолами, но я изрядно удивился, увидев в своей миске разваренный кусок конины, две картошки в мундире и тушёную капусту. И это в добавку к баланде «полицейского розлива» — вполне приличному супу на мясном бульоне! Даже нестерпимо горячий эрзац-кофе, поданный в обычной обшарпанной алюминиевой кружке, не удивил так, как жилистый кусок мяса.
— Что, Петро, и ты нынче из нашего котла хлебать удостоилси? — неожиданно присевший рядом со мной Вайда, с силой хлопнул меня по плечу.
— Господин Вайда? — я попытался встать.
— Сыды, сыды, друже! — полицай навалился на меня: пахнуло смесью чеснока и чуть заметного вчерашнего перегара. Он погрозил пальцем двоим присевшим напротив нас полицаям, — вот как надо служить, хлопцы! Хлебнуть лиха на шахте, потаскать вагонетки, а уж потом получить заслуженное место. Не то что вы, халамидники! Только и можете, шо за батькиной спиной прятаться…
— Да чого вы, Мыкола Гнатич… — обиженно протянул один из полицаев.
— Кому Мыкола Гнатич, а кому и господин помощник начальника полиции! — рыкнул Вайда, потом повернулся ко мне и осклабился, — вот же, сукины дети, как жидов с комиссарами в расход пускать, так у них зараз медвежья болезнь, а как пожрать, али к бабам из угнанных прислониться, так тут как тут! — полицай, сидевший напротив, хотел что-то возразить, но красный кулак Вайды шарахнул по доскам стола, так что моя миска чуть не перевернулась, — а ну-ка, цыть, шаромыжник! Нечего здесь задницу мять. Бегом в патруль! И шоб я ваши рыла до вечера у кухни не видел. Шнеллер!
Полицаев как ветром сдуло.
— Лихо вы с ними, Николай Игнатьевич, — восхищённо произнёс я.
— А то! Дисциплина, Петро. Порядок должон быть. На этапе не учёл, вот и распустились, сучьи диты. Слыхал, небось?
— Слыхал, господин Вайда, — эх, знал бы этот фашистский прихвостень, кто дейстивтельно виновник его проблем.
— Так ты теперь при хозяйстве фельдфебеля Вайсмана, значит? — перевёл разговор на другую тему Вайда.
— Так точно.
— Це гарно. Ты не теряйся, Петро. Коли чего, обращайся, помогу. Ну и, ежели твоя помощь понадобится… — полицай крепко сжал своими пальцами моё плечо.
— Так я завсегда готов, господин Вайда, служить Германии и прийти, значит, к вам на помощь.
Помощник начальника полиции слегка завис от моего ответа, но тут же криво улыбнулся, засветив прокуренные редкие зубы.
— Молодэць! Ну, не буду мешать. Поснедай. Смачно тебе, Тылычко! — Вайда, тяжело поднявшись, шагнул сначала к цинку с водой, шумно напился, проливая воду на подбородок и гимнастёрку. И зашагал к выходу из барака, служившего одновременно и столовой, и караулкой для полицаев.
Сидевший за три стола от меня Родин проводил его равнодушным взглядом, лениво прикладываясь к кружке с эрзац-кофе. Во время нашего с полицаем общения я краем глаза то и дело ловил его короткие взгляды.
Давно сдерживаемый голод сделал своё дело, и я расправился с обедом в считаные минуты. Заедая кофе жуткой дрянью под названием «свекольный мармелад» (умеют фрицы говно и назвать красиво, и упаковать достойно), я не заметил, как старший писарь оказался рядом со мной.