Вызов

Я мчался по дороге в непосредственной близости от границы. Соблазн свернуть влево и поехать в сторону Беларуси был велик. Но я опасался преследователей — они в буквальном смысле шли за нами по пятам. Нас однозначно должны были встретить на границе, предстоял бой, и в этой ситуации получить ещё и удар в спину не хотелось. Поэтому надо было как-то оторваться от преследующего нас армейского внедорожника.

Навигатор показывал, что километров через пятнадцать нам предстояло пересечь крупную трассу. Это не радовало — на трассе нас вполне могли поджидать. А ещё я заметил на экране небольшое тёмно-зелёное пятно. Оно находилось примерно посередине между тем местом, где мы ехали, и трассой. Это был лес, и его надо было использовать.

Я выжал из двигателя внедорожника всё, на что он был способен, и через пять минут доехал до леса, который на самом деле оказался небольшим ельником. Но это было неважно. Главное, что деревья на довольно большом протяжении росли практически вдоль дороги. Ориентируясь на показания навигатора, я остановился в середине ельника, выскочил из машины и быстро наложил три сильных боевых заклятия одно за другим.

Сначала я направил навстречу военному внедорожнику водяной смерч, затем наложил на большую область дороги кислотный туман, а в завершение выставил огромный ледовый барьер, пересекающий дорогу и уходящий с обеих сторон в ельник. Даже если во внедорожнике ехали одарённые, им понадобилось бы некоторое время, чтобы преодолеть все эти преграды — время, которого мне могло хватить, чтобы оторваться.

Я прыгнул в машину и поехал дальше. Сразу же за ельником свернул налево, в сторону Беларуси. Судя по навигатору до границы было не более полутора километров. Ледовую дорогу накладывать не пришлось. Машина Яроша вполне справлялась с бездорожьем. Буквально через месяц в этих местах я бы не проехал из-за весенней распутицы, но сейчас холодная земля была немного хуже асфальта. Разве что неровная, но мы всё-таки ехали на внедорожнике.

Я не понял, откуда был произведён выстрел. Признаться, я его вообще не заметил, и лишь когда нашу машину подбросило вверх, понял, что нас атаковали. Внедорожник два раза перевернулся и лёг набок.

— Ты как? — сразу же крикнул я Агате.

— Живая, — ответила подруга.

— Выбраться сама сможешь?

— Должна.

Выстрел из гранатомёта пришёлся на колесо. Рамный внедорожник от кувыркания почти не помялся, а я был пристёгнут, поэтому отделался лишь ушибами. Я выбил остатки ветрового стекла и начал выбираться из машины. Сразу же раздалась автоматная очередь. И не одна.