Три жизни Красина
- Автор: Могилевский Борис Львович, Прокофьев Вадим Александрович
- Год: 1968
- Язык: русский
- Год: Советская Россия
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Три жизни Красина». Краткое содержание книги:
А когда де Монзи уселся в машину, грянул «Интернационал». Его пела группа французских рабочих.
И под звуки пролетарского гимна Красин вошёл в советский павильон.
Прошло лето. Вновь порыжели каштаны на улицах Парижа.
Осенняя атмосфера царила и в переговорах между Красиным и французским министром иностранных дел. Уже сколько раз и Бриан и Пенлеве признавали, что черноморские суда принадлежат СССР, сколько раз писались и переписывались по этому поводу ноты. А суда всё ржавели в Бизерте.
И снова начинались утомительные переговоры. Французы опять вспоминали о долгах, договорённость, казалось уже достигнутая, рассыпалась, как карточный домик.
5 сентября 1925 года Красин уехал в Москву. Ненадолго, как он думал. В Париже его ждали дальнейшие переговоры. Они должны были охватить большой круг политических проблем.
Но в Париж Красин уже вернулся только для того, чтобы сдать дела и уехать на юг Франции лечиться.
Болезнь — злокачественное малокровие, — ранее теплившаяся в этом могучем организме, вдруг активизировалась, приступ следовал за приступом.
На юге ему стало лучше. Болезнь отступила. И он поверил, что надолго...
3 ноября 1925 года Москва известила, что Красин назначен полпредом в Англию. Но выехать в Лондон он не мог. Необходимо было ещё длительное лечение и отдых.
Глава двенадцатая. Скорбные бюллетени
Настала осень 1926 года. Ла-Манш встретил лёгкой качкой. А ведь был уже конец сентября, и пролив в это время бурлит. Но сегодня день выдался ясный, тихий. Красин не покидал своего шезлонга, уютно пристроившись в тени от большой пароходной трубы.
Леонид Борисович смотрел на море. Сколько раз приходилось ему пересекать этот пролив, и море то ласково приветствовало его, то грозно предупреждало о надвигающихся бурях. Теперь встреча с морем навевает тоску. Так же как и на юге Франции, в Антибе, где он лечился. Эта бескрайняя ширь — сама вечность. А ему в его положении ближе небытие.
Ещё на юге Франции ему, может быть впервые за 55 лет, пришла в голову с поразительной отчётливостью мысль — жизнь кончается. И уже идёт счёт последним дням. Но никто из близких не должен чувствовать этого...
В письмах к друзьям он меньше всего касался своего здоровья. Отшучиваясь, он писал Анатолию Васильевичу Луначарскому, что стал «вампиром». А ведь это было не смешно. Два раза в неделю на Ривьере и потом в Париже ему делали переливание крови. Врач почему-то всегда был недоволен донорами. А их было много, чудесных людей. Вся торгпредовская и посольская молодёжь наперебой предлагала свою кровь. Когда о болезни Красина узнали французские рабочие, то в посольство буквально началось паломничество — приходили совершенно незнакомые люди с предложением дать кровь советскому послу. Чаще других давал кровь доктор, лечивший Красина. У него подходящая группа крови. Это был его главный аргумент. Снимет пиджак, засучит рукав рубашки и спокойно приказывает помощнику нацедить в шприц 200–250 кубиков крови.
Переливания помогли. В Париже, после возвращения с Лазурного берега, Леонид Борисович чувствовал себя превосходно, даже перестал делать анализы крови. Красин грустно улыбнулся, вспомнив, как там, на Ривьере, домашние были удивлены, когда однажды утром на его столе нашли «бюллетень о здоровье Л. Б. Красина». Он сам составлял этот бюллетень и сам его подписывал.
А вот тут, в Ла-Манше, в голову лезут самые мрачные мысли. Так нельзя. В Лондоне предстоит нелёгкая работа, и ему потребуются силы — и физические и душевные. Придётся возобновлять деловые и дружеские связи, наносить десятки визитов, вести изнурительные переговоры.
Леонид Борисович встал с шезлонга, прошёлся по палубе, поискал Любовь Васильевну и, не обнаружив её, полез в машинное отделение. Он не мог отказать себе в удовольствии побыть хотя бы несколько минут среди рабочих людей и машин. Пароходная электростанция ему не понравилась. Она была старой, громоздкой. И Красин тут же, рядом с работающим генератором, стал объяснять пароходному электрику, как можно своими силами улучшить всё энергетическое хозяйство судна. Электрик был буквально потрясён. Он, как и все члены команды, знал, что перед ним советский посол. Но он не мог вообразить, что этот важный господин способен давать такие дельные, профессиональные советы... Конечно, всё можно переоборудовать, но пусть об этом болит голова у хозяина.
Вечерело. Впереди вырисовывались белые меловые скалы Дувра. На высоком холме над утёсами нависли башни и стены старинной крепости. Пассажиры укладывали чемоданы.