Весь Эркюль Пуаро. Том 2 [компиляция]

– Жаклина?

– Да, мне больно за нее. Она такая маленькая и жалкая.

– В следующий раз не будет играть в игрушки, которые стреляют, – отрезал Тим, неохотно намазывая хлеб маслом.

– Ты сегодня просто невыносим, Тим.

– Да, у меня жуткое настроение, как и у всех.

– Но к чему эта озлобленность? Я просто сожалею и грущу.

– Ах, ты во всем видишь только романтику. Неужели ты не понимаешь, – мы оказались замешаны в деле об убийстве. Все на этом пароходе под подозрением. Миссис Аллертон удивилась.

Формально да, но ведь это дико себе представить, будто мы..

– Нисколько не дико, и, уверяю тебя, полицейские из Шелала и Асуана не посмотрят на твои добродетели и мягкое сердце.

– Я надеюсь, преступников обнаружат еще до прибытия в Асуан.

– Интересно, каким образом?

– Мсье Пуаро найдет убийцу.

– Этот старый болтун? Никого он не найдет, он только и умеет, что вести беседы и ухаживать за своими усами.

– Послушай, Тим, нам все равно придется через это пройти, давай постараемся не портить себе нервы.

Но Тим был по-прежнему мрачен.

– Ты слышала, пропало жемчужное ожерелье.

– Жемчужное ожерелье Линнет?

– Да. Кто-то украл его.

Может быть, из-за этого ее и убили?

– Ах, мам, ты путаешь две совершенно разные вещи.

– Кто тебе сказал о пропаже жемчуга?

– Фергюсон. А ему – механик, его друг, который, в свою очередь, узнал от горничной.

– Красивый был жемчуг, – сказала миссис Аллертон. Подошел Пуаро и сел за стол.

– Я несколько запоздал, – сказал он, поклонившись.

– Мистер Дойль серьезно ранен? – спросила миссис Аллертон.

– Да, доктор Бесснер с нетерпением ждет приезда в Асуан, где можно будет сделать рентген и удалить пулю. Он надеется, что Дойль не останется хромым на всю жизнь.

– Бедный Симон, – вздохнула миссис Аллертон, – только вчера он был так счастлив, и все на свете было к его услугам, а сейчас его жена убита, и сам он ранен и лежит беспомощный. Но я надеюсь… – она замолчала.

– На что, мадам? – спросил Пуаро.

– Я надеюсь, он не очень сердится на эту бедную девочку.

– На мадемуазель Жаклину? Как раз наоборот, он очень беспокоится о ней.

Пуаро обернулся к Тиму.

Помните, психологическая задача. Все время, пока мадемуазель де Бельфорт преследовала их, Симон был в бешенстве. И вот теперь, когда она выстрелила в него и серьезно ранила, возможно, сделала его хромым на всю жизнь, весь его гнев испарился. Вы можете это объяснить?

– Да, – задумчиво проговорил Тим.

– Мне кажется, могу. Когда она преследовала его, она тем самым ставила его в дурацкое положение…

– Вы правы, – одобрительно кивнул Пуаро, – она унижала его мужское достоинство.

– А теперь она сама попала в глупое положение, и он…

– Может великодушно ее простить, – закончила за него миссис Аллертон.