Код креативности. Как искусственный интеллект учится писать, рисовать и думать
- Автор: дю Сотой Маркус
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Аттикус
- ISBN: 978-5-389-18965-2
- Переводчик: Дмитрий Александрович Прокофьев
- Жанр: Зарубежная образовательная литература
Электронная книга - «Код креативности. Как искусственный интеллект учится писать, рисовать и думать». Краткое содержание книги:
«Искусственный интеллект потрясает самые основы нашего существования, демонстрируя, сколь многое из того, чем занимаются люди, машины могут делать не хуже, а то и лучше их. Но эта книга посвящена не столько будущему с беспилотными машинами и компьютеризованной медициной, сколько вопросу о том, смогут ли алгоритмы состязаться сколько-нибудь существенным образом с могуществом человеческого кода. Способны ли компьютеры к творчеству? Что нужно для творчества? В какой степени эмоциональная реакция на произведения искусства является результатом реакции мозга на определенные рисунки и структуры? Таковы некоторые из тем, которые мы рассмотрим». (Маркус дю Сотой)
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
И все же, когда я упоминаю стул, я знаю, о чем я говорю. Когда компьютер ведет разговор о стуле, ему не нужно знать, что слово «стул» обозначает физический объект, на котором сидят люди. Ему нужно лишь следовать правилам, но следование правилам не означает понимания. Алгоритм никак не сможет достичь абсолютного владения словом «стул», если он никогда не имел дела с настоящим стулом. Именно поэтому для современных тенденций в развитии искусственного интеллекта особенно актуален вопрос воплощенного интеллекта.
В некотором смысле язык – это проекция окружающего нас мира на меньшее число измерений. Как сказал Франц Кафка: «Любой язык есть всего лишь плохой перевод». Хотя все физические стулья различны, в языке все они сжаты в одну информационную точку – слово «стул». Но другой человек может извлечь из этой точки все те стулья, с которыми ему приходилось иметь дело. Мы можем говорить о креслах, скамейках, деревянных стульях или шезлонгах, и все эти слова вызывают у нас разные и конкретные ассоциации. Таковы те знаменитые словесные игры, о которых говорил Витгенштейн. Компьютер, не имеющий физического воплощения, оказывается узником малоразмерного пространства комнаты Сёрла.
Такова странная природа нашего сознания, позволяющего нам объединять всю эту информацию в единое целое. Если взять отдельный нейрон, он не понимает английского языка. Но если постепенно, нейрон за нейроном, «строить» мозг, в какой-то момент окажется, что он-то язык понимает. Когда я сижу в закрытой комнате и обрабатываю входящие сообщения на китайском при помощи своих инструкций, я действую как часть мозга, группа нейронов, отвечающая за такую обработку. Хотя я не понимаю, что я отвечаю на эти сообщения, возможно, следовало бы сказать, что это понимает вся система, состоящая из комнаты, меня и инструкции. Полноценный мозг сформирован из всех элементов, а не одного меня. В комнате Сёрла я скорее играю роль процессора в компьютере, электронной схемы, которая производит базовые расчеты, следуя инструкциям, содержащимся в компьютерной программе.
Сможет ли компьютер составлять осмысленные – или даже прекрасные – фразы, не понимая языка и не имея опыта взаимодействия с окружающим физическим миром? Прямо сейчас программисты пытаются найти ответ на этот вопрос самыми разными способами. Может быть, машине не обязательно понимать, что она говорит, чтобы создавать убедительные литературные произведения. Но это возвращает меня к тому вопросу, с которого и началось отступление в сферу языка: насколько современный искусственный интеллект способен владеть языком и, соединяя слова, рассказать историю?
15
Послушайте рассказ ИИ
Тот, кто хочет истины, становится ученым; тот, кто хочет дать волю своей субъективности, может стать писателем; но что делать тому, кто хочет чего-то среднего?