Академия Хаоса. Лабиринт стихий

Я молчала, а Ровена, решив, что это означает согласие, огляделась.

— Тут и собирать-то нечего, — сказала она. — Переоденься, и отправляемся. У тебя подпалины на платье. Ты что, горела?

Я посмотрела вниз и увидела темные пятна и дыры на белой ткани. Я думала, Джаф стряхивает грязь, а он, видимо, гасил огонь. Джаф сказал, я не должна делать того, чего не хочу. Но, во-первых, должна. А во-вторых, совсем недавно я хотела это сделать без всякой особой причины.

Я открыла шкаф и взяла плащ с красной изнанкой.

— Или даже не переодевайся, — согласно кивнула Ровена. — Прикройся — и полетели. К рассвету будем там. Папа пообещал, что отправит весточку как только сможет.

Она снова шмыгнула носом и, вынув из кармашка платок, обшитый золотой нитью, вытерла мокрые щеки.

— Лети сама, Ровена, — сказала я, набрасывая плащ на плечи. — Надеюсь, с Кевином все будет хорошо.

Сердце билось уверенно и спокойно, как будто подтверждая, что я приняла правильное решение.

— Арнелла!

Ровена кричала что-то мне вслед, но я уже бежала вниз по лестнице. У выхода из общежития едва не столкнулась с мамой, которая спорила с кудрявым мужчиной, так похожим на Риана.

— …к тому же это женское общежитие! — заявила она. — Думаете, ваш мальчик часто тут бывал?

— Более чем уверен, — усмехнулся тот. — Послушайте, дамочка, даже если ваша девочка имела наследственность путника, это еще не гарантия.

— Еще какая гарантия! — заявила мама, а потом увидела меня, и ее лицо вытянулось от удивления. — Арнелла? — прошептала она.

— Я ее дочь. И не путница, — сказала я мужчине. — А Риан — тот еще бабник.

— Я же говорил! — воскликнул он.

— Арнелла! — завопила мама, кинувшись ко мне, но я уклонилась от ее объятий.

— Я никогда не прощу тебя, мама.

— Я хотела как лучше! — воскликнула она. — Посмотри, что произошло! Мое материнское сердце чуяло!..

Я бежала прочь — туда, куда вело меня сердце. Мимо проплыло здание академии, большие деревья прошумели по левую руку. В доме, куда я спешила, горел свет, но у знакомого крыльца я замедлила шаг. Что я ему скажу? Что сделаю? Надо было хотя бы расчесаться…

Я пригладила волосы руками, медленно поднялась по ступенькам, потянула ручку двери, которая оказалась не заперта. Теперь прямо по коридору. Мастер Адалхард в кабинете. Сердце стучало в груди как молоток, и во рту пересохло. Все это как будто уже было. Я заставила себя пойти вперед и остановилась в дверном проеме.

Он сидел за своим столом, спрятав лицо в ладонях. Перед ним лежала карта, какие-то бумаги.

Почувствовав мой взгляд, мастер Адалхард убрал руки и посмотрел на меня. Его глаза расширились как тогда, когда я оказалась перед ним голой. Может, и не надо ничего говорить?

Я распустила завязки плаща, и он скользнул к моим ногам.

Мастер Адалхард медленно поднялся с кресла, все еще глядя на меня так, словно не веря, что это я, стою в его кабинете, точно как на памятной пересдаче, и так же не знаю, что делать. Плащ лежал у моих ног, вывернувшись изнанкой, и казалось, что мои ноги утопают в луже крови. Я переступила через плащ, шагнув вперед, а мастер Адалхард быстро подошел ко мне и обнял, так крепко сжав в объятиях, что я едва не задохнулась.