Письма из замка дракона. Том 0/3. Спойлер-конспект

В отряде, кроме капитана, всего пять неполных копий (историческая справка) – здесь пять десяток. Или, без командиров, девяток. И восемь доминиканцев (описание одежды). Мецтли поднималась всё выше и была, видимо, около своего верхнего места ильўикак в эту ночь. (Капитан подчинён монахам. Бросил рассказ и засуетился. До того командовали десятники).

Одним из восьми инков оказался «брат Клод».

Простите меня, папенька, что я Вас огорчаю, но его любовницей мне пришлось стать. (Обстоятельства и сожаления). Ранее я опасалась Вашей реакции и потому этого не писала. Я надеюсь, вы не встретитесь, и у Вас не будет соблазна из-за этого письма совершить оскорбление высокопоставленного духовного лица действием.

Настоящее имя он не назвал. Привык опасаться колдовства, а может, мести родственников невинно засуженных. Имя Клод не его (обоснование из наблюдений). Потому в письмах к нему называя его для маскировки братом, а в лицо – отцом Клодом, про себя я называла его «лжебрат Клод».

Еще один доминиканец был с ним на допросах. Я так поняла, он наблюдатель из другой партии кожаных поясов. Они до того отправляли кецалькўецпалину «ведьм» за выкуп. Сейчас главная партия лжебрата Клода, хотят захватить все сокровища кецалькўецпалина. Инки прежней партии наблюдают.

Кажется, «Клод» хотел переговорить, но шум воды мешал. А если орать, заметят.

Мецтли, оставаясь высоко на ильўикак, скрылась за близким западным хребтом. Отряд двинулся в путь. Тень хребта росла, мы старались оставаться в ней.

Я догадалась, что остальные шестеро инков были тремя такими же парами, как мои, из Майнца, Труа и Тулузы. Отойдя от Амолинальи, они стали расспрашивать о посланных ими (называя их по кличкам). Их интересовало не то, что они делали, а что говорили. Инки не могут думать как солдаты, даже когда надо.

«Клод» опять хотел было поговорить со мной, но все они следили друг за другом.

Покинув Науатилоцотль ранним утром понедельника, миновали овечью отару Мелиссы Мутонье. Она была одной из нас. Не стала трубить в тревожный рог, а успокоила встревоженных овец. Ее захватили с собой.

Овец оставили пастись. Инки запретили солдатам брать их для еды. Запах может разноситься далеко. Не время пировать.

Скрылись в лесу. Мецтли зашла. Зажгли факелы. Дошли до избушки лесниц.

Инки устроили суровый допрос лесниц Флоры и Фелиси Форестье и пастушек Шарлотты Бержé-де-Шеврё и Мелиссы Мутонье. Ведь их они не посылали как своих шпионок. Сперва называли их по кличкам, нарушая правило использовать клички только заочно, но запутались и бросили. Все допрошенные торжественно поклялись спасением души, что всеми помыслами с Отцами Святой Инквизиции. Были не союзницами, а пленницами врага Отца рода человеческого и Сына Его. Готовы подвергнуться сожжению, лишь бы душу спасти. Их торжественно простили за преступления (на самом деле мнимые, но об этом все умалчивали), которые привели их ранее на костер и велели служить против всех, живых и мертвых.