Будда

Вместе с тем приобретенный Сиддхартхой жизненный опыт ничуть не повлиял на его обостренную чувствительность и склонность «пофилософствовать» на разные темы. Эти две особенности его натуры настораживали Шуддхо-дану, воспринимались им как недопустимые для будущего правителя проявления слабости и безволия. Отец Сиддхартхи полагал, что для укрощения людей необходимо устрашающее принуждение. Он непоколебимо верил, что это была его дхарма, его кармическая обязанность. Достаточно было оглянуться вокруг, чтобы понять: одна болтовня о высоких материях ни к чему хорошему не приводит. Именно насилие сохраняло в обществе спокойствие и порядок. Уверенность отца в своей правоте подтверждалась его жизненным опытом, а не логическими умозаключениями.

Сиддхартхе такая позиция представлялась неприемлемой, не способной решить противоречия жизни по существу.

«Пустые» разговоры сына Шуддходана еще как-то пережил, но не стерпел его безразличия к выработке в себе профессиональных навыков воина. Сиддхартха должен был вывернуть себя наизнанку, но научиться лихо мчать на коне, управлять колесницей, виртуозно владеть мечом, метко стрелять из лука, отлавливать и дрессировать слонов. Слоны в то время представляли грозное оружие. Как это ни покажется странным, Сиддхартха легко и непринужденно выполнил пожелание отца и в совершенстве овладел военным искусством. По крайней мере так утверждает предание.

Республика шакьев занимала несколько заболоченных равнин у южных подножий Гималаев, так называемых гималайских тераев. На западе ее граница пролегала по среднему течению реки Рапти — левого притока реки Карнали. В свою очередь река Карнали втекает в Гангу. Эта полноводная река с мощными летними паводками берет начало в Малых Гималаях, а точнее, в северных отрогах Сивалик-ского, или Шиваликского, горного хребта (на языке хинди Шивалик буквально — «Принадлежащее Шиве»). С востока и юга малую родину Сиддхартхи Гаутамы опоясывает с горными перекатами священная для буддистов река Рохини. Она разделяла земли родов шакьев и колиев.

Китайский буддийский паломник VII века н. э. Сюань Цзань писал: «Земля в этой стране жирная и плодородная, посевы и жатвы происходят в правильные промежутки времени, нравы жителей кротки и дружелюбны»[217].

С восточной стороны Капилавасту восходило солнце, стремительно заливавшее поля успокаивающим светом. За полями начинался глухой лес — территория темнокожих охотников, которыми шакьи пугали детей.