Пилигрим 4 [СИ, черновик]

— То есть, вы хотите сказать, что две случайности завязанные именно на него не спасли Русь от усобицы? Он тут вообще ни при чем?

— Не факт, что Ростислав и сам не управился бы с этой напастью.

— Вы же сами не верите в это, Макар Ефимович, — пренебрежительно взмахнул рукой Кудрявцев.

— Еще как верю, — наливая в стопки коньяк, возразил Щербаков. — усобица конечно вышла бы серьезная, но сами посудите, стоило только лично Ростиславу вырваться из сечи, и он встал бы во главе новой армии. Пять надельных полков, это далеко не все войско. А там и Данила пресек бы на корню любые потуги полоцких князей путем личного устранения.

— А Новгород и Псков!?

— Так я и не возражаю, что драка вышла бы знатной. Но как результат Ростислав всех нагнул бы.

— Опять все завязано на одного человека.

— Ничего подобного. Как показала практика, его сын не менее талантливый военачальник и предан идее единой Руси. Как и другие его братья. Так что, Мстислав не лишился бы поддержки в любом случае. А там на престол взошел бы уже Всеволод, который оказался куда лучше своего отца. Словом, я уверен, что все одно, все сладилось бы. И да, я уверен, что даже без новшеств привнесенных Михаилом, единая Русь выстояла бы перед монголами, — протягивая стопку Кудрявцеву, убежденно произнес Щербаков.

— Ну, тут вы не открыли Америку. С этим я и не подумаю спорить. У Руси было все для того чтобы не просто выстоять, но победить в этой войне. Не хватало только единства и крепкой вертикали власти. Так что, пушки и греческий огонь конечно хорошо, но главное это единое государство. И кстати, Михаил это прекрасно осознал, потому что не стал вводить тот же порох и более прогрессивное вооружение.

— Вообще-то, как по мне, то одни эти газогенераторные пушки, та еще вундерваффе. Н-но… Мы отвлеклись. Так я был прав?

— Повторяю, это результат непрерывного воздействия на протяжении полутора веков.

— Да что же ты будешь делать. Снова здорова. Да не воздействовал он. Сработал задел первых двадцати лет. Все остальное уже несущественно. Даже развитие еще двух металлургических центров в Осколе и Корчеве, не имело решительного значения.

— А вот тут позвольте с вами не согласиться, — вновь встал в позу историк.

Бог весть сколько еще продлился бы этот спор, но в этот момент дверь распахнулась и к ним буквально вломился ассистент Кудрявцевва. Оба доктора наук удалились в кабинет Щербакова, чтобы выпить по стопочке коньяку, попутно заключив пари. Историк был убежден, что история не любит сослагательных наклонений, и если бы да кабы, это не про нее. А потому она пройдется катком по всем начинаниям Романова.