Тайная жизнь шедевров: реальные истории картин и их создателей
- Автор: Жаринов Николай Евгеньевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-04-118882-5
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Тайная жизнь шедевров: реальные истории картин и их создателей». Краткое содержание книги:
Автор этой книги — главный редактор проекта Artifex.Ru и самый обаятельный искусствовед рунета Николай Жаринов. Он не только обратит внимание читателей на детали картин, но и раскроет истории их создания в контексте эпохи и жизни художников. Биографии оживают на этих страницах. Они становятся почти осязаемыми, тонкими нитями ассоциаций, которые связывают шедевр, творца и нас, живущих сейчас.
В книге подробно разобраны 13 знаковых полотен: «Грачи прилетели» Алексея Саврасова, «Демон сидящий» Михаила Врубеля, «Распятие» Николая Ге, «Девочка на шаре» Пабло Пикассо, «Неравный брак» Василия Пукирева, «Девятый вал» Ивана Айвазовского и др. Рассмотреть картины можно на цветных репродукциях.
Приготовьтесь к увлекательному путешествию в мир искусства!
Еще два человека, кажется, намеренно не смотрят на происходящее. Один стоит за левым плечом жениха, другой — шафер — за левым плечом невесты. И вот тут начинается самое интересное. Ведь это автопортрет самого Василия Пукирева. Можно посмотреть другие его работы, чтобы убедиться в этом.
Однако первоначально на эскизе в роли шафера был изображен Сергей Варенцов, который, как мы предполагаем, попросил убрать его с картины. Здесь и произошла компиляция двух историй. Василий Пукирев просто не мог быть шафером на свадьбе своей возлюбленной. Его общественное положение было слишком низким.
Компиляция есть и в другом: интерьер церкви очень напоминает убранство церкви Трех святителей на Кулишках, то есть того места, где происходило действие первого варианта картины, еще до того, как в нее вплелась личная драма художника.
Пукирев на полотне смотрит в сторону, он как будто не соглашается, не хочет видеть то, что происходит. Его руки скрещены на груди, вот оно — настоящее изображение отстранения и неприятия.
Единственный персонаж, который смотрит на зрителя, — это друг автора картины, Петр Шмельков, который, по одной из версий, и подсказал Пукиреву идею полотна. Этот зрительный контакт очень важен, в нем заключен безмолвный вопрос: «Вы понимаете, что происходит?»
Теперь простроим линии взглядов. Это очень важно для понимания того эффекта, который картина оказывает на зрителя. Трое (священник и двое гостей жениха) смотрят на руку невесты, на которую вот-вот наденут кольцо. Двое (Пукирев в виде шафера и один из гостей) смотрят в сторону, в попытке не видеть того, что происходит. Жених смотрит на невесту с упреком и торжеством, невеста смотрит в пол, куда-то за границы картины (вот и эффект объема, разрушение четвертой стены). А один из гостей (Петр Шмельков) смотрит на нас с молчаливым вопросом.
Но основная загадка не в этом, а в двух фигурах, про которые мы пока ничего не сказали. Одну из них, которая стоит за правым плечом жениха, замечают многие, а другую, стоящую за священником, видят уже не все. Эти персонажи картины выглядят особенно странно, учитывая то, как они одеты.
На этих женщинах, совсем немолодых, такие же венки, как и на невесте. На одной из них мы видим и белоснежное платье. Согласитесь, это странно, особенно учитывая тот факт, что церковь — не ЗАГС, и церемонии бракосочетания не проходят там с разницей в тридцать минут.
Итак, на этом венчании присутствуют сразу три невесты, две из которых стары и смотрят на жениха. Странный какой-то реализм получается, что-то в нем есть мистическое. При этом стоит обратить внимание на старуху, которая расположилась за женихом. Уж очень подозрительно она смотрит на него. Виден только ее левый глаз, губы презрительно сомкнуты. А ее платье? Это вообще отдельная тема. Кажется, что это какая-то простыня, а точнее — погребальный саван.
Обе фигуры женщин написаны легкими мазками, та, которая стоит за священником, вообще едва различима. Это тоже важная деталь, которая может натолкнуть зрителя на определенные мысли.
Не будем забывать, что, несмотря на свое стремление к реализму, Василий Пукирев начинал с религиозной живописи, а значит, мистическое было ему не чуждо. Кажется, что в ярком солнечном свете всплывают призраки бывших жен жениха. Жен, скорее всего, мертвых, иначе что им делать на чужой свадьбе?
Именно эти жены и смотрят на любвеобильного старца, а вот на них не смотрит никто. Именно они предрекают судьбу девушки, которая идет под венец.
И это венец не счастливой жизни, а страдания, на которое она обречена. Теперь уже совершенно иначе звучит молчаливый вопрос во взгляде Петра Шмелькова: «Вы понимаете, что происходит?»
На «Неравном браке» Пукирев выгорел. Он создал шедевр, но сил не осталось. Семейная жизнь его не сложилась, слава тоже не принесла радости. Повторить успех он так и не смог. Пытался забыться в преподавании. Через семь лет после создания своего полотна он вместе с Алексеем Саврасовым подготовил «Курс рисования».
Сил творить было все меньше, картины больше не радовали самого мастера. Он запил — традиционный способ забвения, мало кому дающий облегчение. Потерял работу преподавателя, перебивался редкими заказами на иллюстрации к книгам, жил подачками немногих друзей и умер, оставшись в абсолютном забвении.
Упоминание о создателе одного из главных шедевров русского искусства середины XIX века появилось в приложении к «Вестнику изящных искусств». Там был помещен небольшой некролог: «Среди своих товарищей и учеников он оставил по себе теплое и прочное воспоминание, а в истории русского искусства — блестящий, хотя и короткий след».