#Природа, #Родина, #Литература, #Любовь
- Автор: Сержантова Иоланта Ариковна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Детское образовательние
Электронная книга - «#Природа, #Родина, #Литература, #Любовь». Краткое содержание книги:
И тут… пролесок! – первым, крепким жёлтым зубом прогрыз тропинку. За неимением серебра18, лес осыпал его золотым кружевом кленовых листьев. Ибо рад, что не обманулся в чаяниях, как ни безнадежны казались они.
А где-то там, внизу, в терпеливом ожидании, когда прогреется хотя немного земля, замерли ящерицы, лягушки, змеи. И, как только почва смягчится, станет податливой, постучатся они сердцем в двери жизни тихонько, и откроется она, скрипя, да примутся они дышать, изо всех сил навёрстывая упущенное в зимнюю пору. А плоскостопые ежи, зевнув влажно, побегут по дорожке, между нечёсаной с осени, сожжённой морозом чёлки травы, там, где лишайник разбросан мелкой щёпотью, без которого всё будто не то и не так.
Сморщенные от талой воды, разбухшие, взъерошенные тома пней стоят на книжной полке леса. Сколь тут таких! Среди их страниц – засушенные цветы, как память о прошлом, и личинки бабочек, надеждой на лепшее19 будущее, что непременно произойдёт, едва лишь трепет мозаичных крыл попадёт под обаяние не первых солнечных лучей.
Но… пока всё не так. Намедни куст своей сухой веткой, будто куриной лапой, ухватился и вырвал клок из хвоста косули, что бежала близко. Хвастает теперь своей добычей перед любым, кто пройдёт мимо. Тут уж, весьма кстати, – гусь. Взывает с сокрытых облаками небес, подгоняя то ли весну, то ли себя самого:
– Я иду! Я иду! Иду!
Глядишь ввысь, пытаясь разглядеть его, и кружит голову, либо от накопившейся за зиму слабости, или от сладости весеннего духа, что вьётся незримым дымком снизу вверх.
Но не измерить шагами расстояние между зимой и весной, никак не понять – сколь ещё осталось до неё.
Однажды, перед Рождеством…
Дело было перед Рождеством. В пору, когда в каждом из нас безосновательно крепнет вера в чудеса, несмотря на то что жизнь неустанно доказывает обратное.
Очень немолодая, стройная до худобы женщина в безупречно чистом сером костюме, с волосами, подобранными застиранным платочком, бродила по рынку, словно тень. Подходя к прилавку с незатейливым, просто разложенным товаром, она серьёзно, но несколько рассеяно осматривала его, а, переспросив цену, называла свою, намного ниже назначенной. Продавцы смеялись в ответ, и бесхитростно предлагали женщине выбрать из ящика с не вынесенными ещё в помойку продуктами или штучным праздничным товаром с неким неустранимым изъяном. Против ожидания, женщина не обижалась, но лишь строго взглядывала всякий раз, и тут же проходила дальше.
Было заметно, что продавцы привыкли к этой странной особе, но я оказался здесь совершенно случайно, и не мог не отметить в ней изрядной доли достоинства, несмотря на плачевный, скорбный, отчасти даже жалкий облик.
Некоторое время я молча преследовал старушку, пока, наконец, не решился её окликнуть:
– Простите мне мою бестактность. Вы вправе обидеться, но с некоторых пор я завёл себе обычай каждое Рождество радовать кого-то незнакомого подарком. Вы позволите, я куплю вам всё, что нужно, и вдобавок что-то не столь необходимое, но приятное?!
В попреки ожиданию, женщина не смутилась. Она обернулась ко мне, и улыбнувшись одними уголками губ, произнесла:
– Всё, что нужно, я в состоянии купить сама, а единственное приятное, в котором нуждаюсь, ни за какие деньги не достать.
Заметив мою растерянность, женщина ненадолго завладела моим рукавом, и поведала о внезапном нездоровье дочери, о внуке, которому теперь судьба расти в казённом доме и о снедаемом её бессилии, с коим она не в состоянии долго оставаться наедине.
– Вот и брожу по рынку, до самого закрытия. – Завершила женщина свой рассказ, и отпустила мою руку.
О! Вы не поверите, как жаждал я помочь… но не умел. Блестящая мишура, которую мял в холодных пальцах ветер, потускнела, праздничные огни лишились цвета, а снег, что в канун Рождества наряжается в лёгкую, убранную мелкими алмазами вуаль, внезапно сделался серым.
Женщина скоро разглядела перемену в моём взоре, и сказала едва слышно:
– Спасибо. Вы – добрый человек. Но не портите себе Рождество. Радуйтесь, пока можете. Это всё так ненадолго.
Мы тратим часть своей жизни на то, чтобы подглядеть за чужой. И каждый раз ошибаемся, делая неверные суждения, на которые не имеем прав. Никаких.
Такое бывает не только с людьми…
I
Мешая уснуть, муха каталась из угла в угол сухим горохом, и раздражённо стучалось в потолок, но к полуночи, наконец, угомонилось на дне тёплого ведра, что стояло у печи. Я ненадолго задремал, но вскоре был разбужен звонким топотом, – то муха разбегалась перед взлётом, царапая стенки ведра.
18
обычай дарить серебряную ложку на первый зуб издавна существует на Руси
19
лучшее