Нулевой пациент. Случаи больных, благодаря которым гениальные врачи стали известными

Третьей нулевой пациенткой саги о современной истерии стала Берта Паппенгейм. Она более известна под именем Анны О., которое начинается с букв, предшествующих в алфавите первым буквам ее настоящего имени.

Берта, или Анна – как угодно, – родилась в 1859 году. Она не имела ничего общего со своими предшественницами-конкурентками: это доказывает, что истерия затрагивает всех, хотя на тот момент мужчины официально ею и не болели. Равенство будет достигнуто гораздо позже, вместе с академичным доказательством универсальности психики…

Берта происходила из среды еврейской ортодоксальной буржуазии, но, несмотря на это, избрала непростой путь агностицизма, что было не лишено некоего позерства. Она была ярой феминисткой и социальной активисткой, получила известность как создательница социального труда в Германии. Она бегло говорила на пяти языках и обладала поэтическим талантом. Все описывали ее как серьезную, очень умную и неравнодушную к судьбам обездоленных.

С 19 лет у нее стали проявляться практически все классические симптомы истерии: сведение суставов и паралич, который внезапно поражал то правую, то левую сторону, потеря чувствительности на участках кожи, где не было чувствительных нервов, нарушения зрения, непрекращающийся кашель. Иногда она переставала понимать свой родной немецкий язык. Порой у нее наблюдались спутанность сознания, потеря памяти, эпизоды анорексии. К тому же она испытывала отвращение к воде (гидрофобия).

И вновь Брейер был вынужден заняться пациенткой с истерией. Нужно отметить, что он был одним из немногих врачей того времени, кто не относился к больным истерией с презрением. Он был к ним доброжелателен и искренне стремился помочь. Более того, он был убежден, что только его катарсический метод может принести облегчение, и Берта оказалась идеальной подопытной. На ней он усовершенствовал своей метод гипноза, иногда дополняя его расслабляющими массажами и в особенности заставляя пациентку говорить. Он сравнивал лечение словом с «прочисткой каминного дымохода», потому что определял истерию как психическое расстройство, связанное с неполными, смутными воспоминаниями. Он заявлял, что добился превосходных результатов в борьбе с некоторыми симптомами, и рассказывал о сеансе, в ходе которого Берте удалось полностью избавиться от гидрофобии.

Его молодой соотечественник и собрат Зигмунд Фрейд, на которого рассказ произвел впечатление, начинает масштабное профессиональное сотрудничество с Брейером. В свою очередь, он занялся случаем Берты, решив попробовать лечение разговорами вместо гипноза, – так он стремился задать своим исследованиям и карьере новое направление.

К сожалению, симптомы Берты оставались нестабильными и регулярно возобновлялись, несмотря на несколько непродолжительных ремиссий, подробно описанных Брейером и Фрейдом. В настоящее время по-прежнему затруднительно отделить правду от неправды в истории Анны О., представленной в совместном труде Брейера и Фрейда «Исследования истерии» (1895). Фрейд твердо решил преподнести случай Берты как классический в психоанализе и как свой первый клинический успех. Берта стала его шедевром, как Августина для Шарко.