![Невеста Пушкина. Пушкин и Дантес [сборник litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/3/1/9/nevesta-pushkina-pushkin-i-dantes-sbornik-litres-download.jpg)
Невеста Пушкина. Пушкин и Дантес [сборник litres]
- Автор: Сергеев-Ценский Сергей Николаевич, Каменский Василий Васильевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-7269-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Невеста Пушкина. Пушкин и Дантес [сборник litres]». Краткое содержание книги:
– Нет, к вам, дорогая Наталья Ивановна, на вашу половину я не с тем пришел, не с тем!
И вдруг, вдохновенно поднявшись сам, он подымает ее и подводит к иконам:
– Помолимся Господу!.. Помоги, Господи, принять решение твердое ко благу, а не во вред!.. – Он истово крестится и кланяется низко на три стороны, так как с трех сторон висят иконы. Наталья Ивановна крестится и кланяется тоже, но вопросительно глядит на него вбок. – Дай нам, Боже, ума светлого! – продолжает креститься Толстой, наконец говорит просто: – Вот теперь наша беседа освещена. Теперь сядемте, поговорим. Вы, конечно, знаете Пушкина?
При этой фамилии очень оживляется Наталья Ивановна:
– Графа? Какого именно?
– Нет, не графа… Пушкина-стихотворца…
Лицо Натальи Ивановны мгновенно каменеет в изумлении.
– Пушкина-стихотворца? Этого афея и сорванца?
Она глядит на книжку, которая валяется, брошенная ею, недалеко от Толстого, и кивает на нее Американцу:
– Вот, возьмите, граф, эту мерзкую книжонку и посмотрите!
Но Американца трудно смутить. Он догадливо дотягивается до книжечки. Поднимает ее, смотрит:
– А-а, ну вот, тем лучше! Значит, вы даже и читаете этого поэта… тем лучше… так мы скорее столкуемся… «У вас – товар, у нас – купец, собою парень молодец»… Вот как раз подходящие открылись строчки… Сорванец, вы сказали? Какой же он теперь сорванец? Ему уже тридцать лет! Был, конечно, сорванцом, не спорю, и всем это известно, но теперь…
– Государь его терпеть не может. Это мне говорили верные люди! – горячо перебивает Наталья Ивановна, чем возмущает Американца.
– Что вы! Что вы!.. Совсем напротив. Государь-то его и ценит, а за ним все!
– Помилуйте, граф! Да за ним, мне говорили, даже секретный полицейский надзор! – понижает голос Наталья Ивановна.
– А за кем же из вас нет полицейского надзора? – беспечно спрашивает Толстой. – Это еще хорошо, что секретный, а не гласный!
– Даже письма его, говорят, приказано читать на почте!
– А чьих же писем не читают на почте! И мои, и ваши, конечно, читают, будьте покойны! – улыбается Толстой.
– Неужели все письма успевают прочитать? Что вы!
– По наитию, Наталья Ивановна! Там, в почтамте, сидят ясновидящие и всякую зловредность нашу видят сквозь конверты… Нет, Пушкина никто уж больше не притесняет…
– Даже и кредиторы?
– Кого же из нас не притесняют эти пакостники!
– Но ведь Пушкин – он ведь известный афей! – совершенно пугается Наталья Ивановна.
– Вот уж этого бы я не сказал! Он был когда-то грешен в этом и то немного, за что и наказан царем Александром… Нет, он теперь совсем не афей, поверьте! – наклоняется к ней для большей убедительности Американец.
– Хорош не афей! А «Гаврилиаду» кто написал? Ведь это такое кощунство!
И она вдруг закрывает глаза руками в полнейшем ужасе.
– Откуда же «Гаврилиада» до вас дошла? – удивляется, вздергивая плечи и брови, Американец. – Вот уж не думал даже, чтобы вы так интересовались и до меня моим женихом! Нет, нет, дорогая Наталья Ивановна, на этот счет успокойтесь: «Гаврилиада» не его сочинение, а на него только свалили. И он мне сам говорил: «Написал я лично государю, чтобы от меня отстали с «Гаврилиадой», и царь приказал оставить меня в покое!»
– Значит, это не он писал такую мерзость? Вы убеждены? – начинает светлеть Наталья Ивановна.
Но Толстой говорит совершенно убежденно:
– Помилуйте, да если бы действительно он, ведь его бы в Соловки за это загнали! Что вы, дорогая!
– И стоило бы! За это стоило бы! Я бы сама так и решила! Но ведь он… какой же он жених, ведь он нищий! Что у него есть?
– Тысяча душ! – не задумываясь решает Американец.
– Тысяча? У него? Неужели? – приятно удивляется Наталья Ивановна.
– Пока у отца, конечно, но ведь это все равно что у него… Дочь выделена… Конечно, отец передаст ему имения свои, лишь только он женится.
Наталья Ивановна смотрит на него пытливо, неопределенно цедя слова:
– Если вы это знаете… Но как же он уродлив, этот Пушкин! Он ведь мне был представлен на одном балу… Он к Александре сватается? – вдруг спрашивает она живо.
Этот вопрос удивляет Толстого.
– Насколько я от него слышал, он влюблен в Натали, – говорит он.
Наталья Ивановна даже несколько приподнимается от крайнего изумления:
– На-та-ли? Что вы сказали, граф?! На-та-ли, чтобы я… Натали, чтобы отдала за какого-то Пушкина?.. Ого!
Несколько мгновений она уничтожающе молчит и негодующе смотрит, пока не заканчивает быстро и решительно:
– Так не выдают дочерей, Федор Иваныч, начиная с младшей! Пока не выдана старшая, младшая сиди себе и жди своей очереди! Да!