Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Учитывая всё изложенное, МВД СССР (Л.П. Берия), Министерство юстиции СССР (К.П. Горшенин) и Генеральный прокурор СССР (Г. Н. Сафонов) срочно подготовили проект Указа Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии», который уже 27 марта 1953 года был рассмотрен и единогласно одобрен всеми членами Президиума ЦК. В тот же день председатель и секретарь Президиума Верховного Совета СССР маршал К.Е.Ворошилов и Н.М.Пегов подписали соответствующий указ, по которому: 1) освобождению из мест заключения подлежали более 1.203.000 заключённых, в том числе все осуждённые на срок не более 5 лет, все (независимо от срока заключения) женщины, пожилые мужчины, несовершеннолетние и тяжелобольные; 2) от угрозы применения наказания и привлечения к уголовной ответственности освобождались более 400.000 лиц, в отношении которых прекращалось следствие и закрывались уголовные дела; 3) ровно наполовину сокращался срок отбытия наказания для всех осуждённых на 5 лет лишению свободы свыше; 4) в отношении всех указанных лиц снималась судимость и поражение в избирательных правах и, наконец, 5) амнистия не распространялась на всех осуждённых на срок свыше 5 лет за контрреволюционные (политические) преступления, бандитизм, крупные хищения социалистической собственности и умышленное убийство.

Отдельным пунктом этого указа Министерству юстиции СССР поручалось в месячный срок внести в Совет Министров СССР предложения по изменению уголовного законодательства, заменив уголовную ответственность на административную и дисциплинарную за целый ряд хозяйственных, должностных, бытовых и прочих неопасных преступлений.

Забегая вперёд, скажем, что эта «бериевская» амнистия, которую в народе обозвали «ворошиловской», была реализована не в полной мере. Во-первых, из-за резко обострившейся криминогенной обстановки 2 июля 1953 года Президиум ЦК одобрил проект Указа Президиума Верховного Совета СССР «О неприменении амнистии к лицам, осуждённым за разбой, ворам-рецидивистам и злостным хулиганам», согласно которому все бывшие зэки, попавшие под мартовскую амнистию, продолжавшие вести «паразитический образ жизни и не занимавшиеся общественно-полезным трудом», были вновь отправлены в лагеря. Во-вторых, на начало августа 1953 года из мест лишения свободы вышли 1.032.000 человек.

Надо сказать, что в современной литературе существуют абсолютно разные оценки мартовской амнистии. Например, Е.А. Прудникова[50] полагает, что она была предпринята для простой «разгрузки лагерей» и «смягчения прежней репрессивной политики» властей. Однако довольно популярна всё-таки иная версия (Р.Г.Пихоя, А.В. Сухомлинов, Д.В.Кобба[51]), которая гласит о том, что Л.П.Берия вполне сознательно инициировал столь широкую амнистию, чтобы резко обострить криминогенную обстановку в стране и, опираясь на мощный военно-полицейский ресурс МВД СССР, узурпировать власть и одним махом покончить с «коллективным руководством». Эта версия вполне имеет право на жизнь, тем более что именно об этом говорил и Г.М.Маленков на июльском Пленуме ЦК 1953 года. При этом А.В. Сухомлинов утверждает, что изначально Л.П.Берия планировал куда более широкой проект амнистии, который, однако, не был принят Президиумом ЦК.