Электронная книга - «Ревизор(R) (СИ)». Краткое содержание книги:
— Хорошо. Все по местам. У нас сегодня, можно сказать, выпускной.
— Угу, завтра получим аттестаты — офигеем, — пробурчал Григоренко.
Антон Антонович цыкнул, чтобы не накаркали, и лично позвонил Юрику, а потом велел Григоренко быть всё время с ревизором и Юнусовым, чтобы не случилось чего непреднамеренного.
Когда доблестный шофёр привёз клиентов, то Антон Антонович даже пожалел Покатова — впервые за эти дни. Неважнецки ревизор выглядел: никакой синей хитринки в глазах, стильная небритость превратилась в запущенную, кожа приобрела зеленоватый оттенок, вечная улыбочка исчезла и даже пиджак был помят. Но директор пересилил приступ ненужного гуманизма и, не замечая состояния Покатова, светился позитивом и заливался соловьём о том, что фактически последний день проверки и надо бы отметить. Но Макс, видимо, не слышал… или не понимал.
И в кабинете у Юнусова тупил, хотя и силился соответствовать ранее созданному образу. Документы перечитывал по два-три раза, спрашивал невпопад, зависал иногда со стеклянным взглядом. Оживился только на липовом договоре, цеплялся к каждому слову и потребовал акты сделанных работ. Спас обеденный перерыв, на котором Покатов не смог и смотреть на еду.
А потом Сабельников притащил идеально составленные документы по несчастным случаям за всё время, Гузеля «нашёл» книгу учёта за четырнадцатый год, Перцев направил к ревизору Тихоновича с волынкой по поводу «почему давно премий не шлють из центра» — и, казалось, акты были забыты. А потом и сам Антон Антонович прикатил отвлекать ревизора от косяков: принёс какого-то хитрого напитка от Анны Андреевны для поправки организма. И откровенно мешал работать.
К четырём явилась Агата, она закончила свою часть проверки, и даже обошлось без предписаний: так, мелкие недочёты. Антон Антонович захлопотал вокруг аудиторши, залебезил, довольный…
— Эрик Вадимович приглашает в клуб «Колизей». Говорит, что сегодня там без веселья, просто посидеть… Пойдёшь с нами? — спросила Агата унылого Макса.
— Нет. Я не всё ещё увидел, да и чувствую себя не для клуба…
— Как же мы без вас, Максим Романович? — запротестовал Антон Антонович.
— «Мы»?
— Разве Эрик Вадимович не сказал? — артистически вскинул брови директор. — Годовая проверка заканчивается, надо отметить, мы все придём. Тем более что «Колизей» славится своей кухней, персоналом, там очень красиво, мы любим это место!
— Да? Это тот клуб в центре с обнажённой гипсовой фигурой при входе? В бывшей типографии? — удивился Максим. — Не о нём ли нам Юра рассказывал?
— Хорошее заведение! Я там завсегдатай! — врал Антон Антонович. Ландыш и Юнусов переглянулись и синхронно помотали головами, осуждая начальника.
— Надо же! Вы прям открываетесь для меня с новой стороны, — через силу улыбнулся Покатов. — Но я сегодня пас, мне отдохнуть надо.
— Отдохнёте дома! Вы же давно в городе не были: новых мест не знаете. Эрик! Закажи столик по телефону, где-нибудь через час будем! — взял быка за рога Антон Антонович.
— Насколько большой столик? Сколько нас будет?
— Все чтоб были! — грозно воззрился директор. — Считай: нас тут шестеро, Вера Ивановна с нами, Артура, Мишку, Всеволода прибавь.
— Юра хотел там побывать, — припомнила Агата.
— Ну и Юра… Может, ещё кого хотите? — проявил участие Антон Антонович.
— Хорошо, давайте только не через час. У меня есть ещё вопросы и к Киму, и к Павлу Андреевичу. Они обещали акты предоставить по лизинговому договору.
— Акты? Ким, а разве документы не на машзаводе остались? — проявлял ненужную смекалку Антон Антонович.
— У вас тоже должны быть.
— У Гузели где-то… — растерянно предположил Григоренко.
— Все, что ли? За месяц лизинга?
— Ох уж этот Гузеля… — страдальчески вздохнул директор. — Велю ему в клуб принести!
— Э-э-э? — Но ревизорское недоумение никто не учёл.
— Так что, Эрик, звони, заказывай, пусть там тартара накрутят. Мы едем! Сворачивайтесь!
Все сразу деятельно зашевелились: Григоренко стал убирать папки и складывать разбросанные карандаши, Юнусов подсел к компу и начал его выключать, Ландыш схватился за телефон, Антон Антонович по-хозяйски потянулся к форточке, чтобы её закрыть… Покатов просто обалдевал от такой наглости, только Агата чуть сжала ему плечо и тихо-тихо прошептала:
— Держись.
Как ни странно, в клубе «Колизей» было шумно. В одном из двух малых залов гудел корпоратив, а в основном зале даже была занята пара столиков.
В «Колизее» действительно было красиво: прозрачные ребристые колонны, светлые кожаные диваны, зеркальные столы с внутренней подсветкой, свисающие сверху стеклянные пупсы-амуры со светодиодами в самых неожиданных местах, нитевидный интерьерный фонтан и позолоченная пародия на капитолийскую волчицу в центре. Вместо ощерившегося зверя смешной обожравшийся волк из мультика про «щас спою», вместо маленьких Ромула и Рема две бутылочки с известными брендами алкоголя: Remy Martin и ром Bacardi. Эстеты поймут, жлобы поржут, алкоголики не заметят. Макс заметил, оценил и поржал: «Экие дизайнеры в краю родном завелись!»
По лицам «завсегдатаев» с завода было понятно, что многие здесь впервые — и не по доброй воле. Впрочем, ужином оказались довольны все, а маринованный сырой фарш оказался вполне подходящим яством. Большая часть гостей за их столом была напряжена и скованна, только Юрка напропалую ухлёстывал за Агатой, и та звонко хохотала, принимая не всегда тонкие шутки. «Хоть Агата получит удовольствие», — подумал Покатов и обратил внимание на то, что Эрик уже минут пять разговаривает с каким-то видным парнем, стоя за парой колонн. Слишком близко стоят друг к другу, парень то и дело трогает Ландыша за рукав, кивает тому, иногда бросает взгляд в их сторону. Потом вдруг тыльной стороной ладони провёл Эрику по щеке, очень интимно. Тот улыбнулся. И кинул опасливый взгляд вокруг. Покатов отвернулся.
Ландыш здесь единственный «свой человек», все остальные впервые. Максим сразу считал эту информацию. Как и остальное… Только вот о чём договаривался Эрик с этим златокудрым красавцем, он разгадать не мог. А жаль.
Рассмотреть визави Эрика Макс смог позже. Он даже кивнул «йес» собственной интуиции: красавец оказался здешним танцовщиком. Понедельничная программа, видимо, не включала шабаш с перьями и стразами — только скромное соло в колодце света. Танцовщик в блестящих штанах и белой майке поражал растяжкой и чувством ритма, изображал, что заперт в невидимом баллоне света и нет выхода, модерновые, рваные движения под стильное тягучее «Tessellate» некой британской группы*. Все гости замерли, заворожённые гуттаперчевым телом и мантрой повторяющихся па. Макс в очередной раз удивился, «сколько талантов скрывает земля русская». Взгляд артиста остекленел под стать колоннам и амурам с дудочками и луками, золотые локоны взлетали, и с них взметались искры сверкающей пудры. Кудри были обсыпаны каким-то сценическим золотом. Эффектно…
— Кто это? — шёпотом спросил Покатов, наклонившись к сидевшему подле Ландышу. Тот самодовольно улыбнулся:
— Жан. Парень — огонь!
Что он и продемонстрировал в следующей композиции, перетанцовывая Джерри Халливелл из клипа «It’s Raining Men», уже выйдя за пределы светового круга. Впрочем, зажигательное диско Максу понравилось меньше, чем хореографический декаданс. Он даже решил потихонечку дойти до туалетной комнаты, пока все заняты танцем.
Но потихонечку не вышло: пространство танца позволяло Жану догнать удаляющегося гостя. И обнять вдруг, задышать в затылок, увлечь под сноп света, заставить принять чужой ритм. От неожиданности Макс даже позволил молодому и красивому покрутить его. Но Жан, видимо, изначально планировал не просто покружить клиента. И оптимистическая музыка кончилась как специально — зазвучало что-то эротически-латиноамериканское. Танцор вдруг обвил Макса и начал сползать по нему в ритме румбы, оставляя мокрый след губ на шее и золотую пудру на костюме, потом подскочил, развернул офигевшего ревизора, уронил на нижний хват как в танго, дёрнул вверх и впился поцелуйным укусом, как вампир…