Весь Мегрэ. Том 3 [компиляция]

— Абсолютно.

Он держался все более дерзко, но его нервозность возрастала, и он не мог сдержать дрожь пальцев.

— Для того чтобы дать вам время на размышления, я отправлю вас в изолятор временного содержания.

— Не имеете права.

— Вы забыли постановление о взятии под стражу, выданное по всей форме и подписанное следователем.

— Если вы намерены продолжать меня допрашивать, я требую присутствия моего адвоката.

— Я мог бы отказать. Присутствие адвоката обязательно, лишь когда дело переходит к следователю. Но я хочу дать вам использовать все шансы. Как зовут адвоката?

— Мэтр Луазо. Проживает по адресу: бульвар Бомарше, дом тридцать восемь…

— Я сообщу ему, когда придет время.

Мегрэ встал и, тяжело ступая, подошел к открытому окну, за которым было безнадежно голубое небо.

Все, кроме тех, кто нежился на пляжах, мечтали о дожде, который никак не начинался. А температура все повышалась.

Инспектор Веран отвел Маоссье в камеру.

— Он за это еще заплатит, — процедил Маоссье вполголоса, явно имея в виду комиссара Мегрэ.

А Мегрэ в свою очередь сказал Торрансу:

— Упрям. Распечатайте ваши записи, дадим ему подписать протокол в следующий раз.

— Думаете, он действительно знал Нину Лассав?

— Возможно. Я запустил пробный шар. Кажется, он среагировал. Не ожидал, что я заговорю о ней…

Комиссар сменил трубку и взял шляпу.

— Если меня будут спрашивать — я в «Паризьен либере»…

Торранс удивленно посмотрел на него, но ничего не сказал. Мегрэ зашел в пивную «У дофины» выпить стаканчик пива, а потом поймал такси.

— В «Паризьен либере».

Он помнил, что эта газета стала выходить одной из первых после Освобождения. Самого его в сорок шестом в Париже не было. В то время он вызвал неудовольствие директора уголовной полиции, которого самого уволили через несколько месяцев. А Мегрэ перевели в Люсон, где практически никаких дел не было, и он, чтобы как-то убить время, целыми днями играл на бильярде. Он проторчал там почти год. Мадам Мегрэ тоже с трудом привыкала к Вандее.

К счастью, новый директор вызвал его в Париж. Он тогда еще не был старшим комиссаром, просто комиссаром, и не возглавлял криминальную бригаду [112].

Пребывание в Люсоне стало как бы дырой и в карьере, и в памяти.

— Я бы хотел поговорить с главным редактором.

— Кто спрашивает?

— Комиссар Мегрэ.

Главный редактор, незнакомый ему очень молодой человек, вышел из кабинета встретить его.

— Чему обязан честью видеть вас у нас?

— Работе, — признался Мегрэ.

— И чем же мы можем вам помочь?

— Полагаю, вы храните все номера вашей газеты.

— Разумеется. Они собраны по годам…

— Мне хотелось бы посмотреть номера за сорок пятый и сорок шестой годы…