Шанс милосердия [litres]

– Позволю себе заметить, что это дело передано Ночной Страже…

– Только не вздумай утверждать, будто ты ничего не знаешь!

– Простите, Ваше Величество. Мы, конечно, контролируем ситуацию. И всё-таки я нижайше прошу вернуть это дело военной разведке или хотя бы официально предоставить нам равные права в расследовании.

– А ты убеди меня.

– Среди задержанных по этому делу есть ряд сотрудников Ночной Стражи, в том числе, подполковник Ахикар Нарамсин, который оказывал покровительство подлой изменнице, публично оклеветавшей самое дорогое, что у нас…

– Давай обойдёмся без пафосных речей, – прервал его император.

– Да-да, конечно… Так вот – у меня есть сведения, что его собираются отпустить, ограничившись разжалованием в рядовые и отправкой на фронт. Якобы в его действиях не обнаружено злого умысла, что он виновен лишь в преступной халатности. Неполон также список главных заговорщиков – таковыми считаются лишь агенты, которые якобы донесли на неё и шурта Службы Общественного Спокойствия. И будто бы за всем этим стоит бывший великий саган имперской провинции Кетт Нимруд Ушана. Чушь полная! Эти доносчики и этот шурта – мелкие сошки, а саган наверняка стал лишь жертвой сладострастия и старческого маразма. Но, разумеется, и он достоин самого сурового наказания. Следствие вообще не приняло во внимание подтверждённый свидетелями факт, что даже каём императорского двора пытался оказать ей протекцию. А сколько высокопоставленных чиновников произносили речи, текст которых написала она! Кто знает, какой в них был заложен тайный смысл? Но в Ночной Страже даже не удосужились заняться анализом этих текстов. Я полагаю, что все, кто причастен к этому преступлению или просто имел с ней какие-либо контакты, должны быть публично казнены с трансляцией на всю Империю. Мы не можем допустить, чтобы кто-то из участников заговора избежал заслуженной кары.

– Сколько их?

– По моим данным, триста девятнадцать. – Наместник извлёк список из-под стопы лежащих перед ним документов и протянут его самодержцу. – И половину из них следственная комиссия Ночной Стражи собирается отпустить! Мы должны показать народу, что виновных ждёт заслуженная кара, какое бы высокое положение они ни занимали.

– Ты прав, мой верный слуга. Ты прав… Но я желаю, чтобы всех их казнили у неё на глазах. А эта ведьма до сих пор скрывается, хотя была в наших руках. И в том, что она разгуливает на свободе, виновны все, в том числе, и ты. Где она? Эта… Как её?

– Флора Озирис.

– Я хочу, чтобы мучения показались ей вечными. Где она сейчас?!

– Позволю себе сообщить то, чего нет в последнем отчёте Ночной Стражи.

– Попробуй.

– Мои соглядатаи за Тигриными горами сообщают, что её резиденция – древнее святилище Шамаша, находящееся на территории, занятой мятежниками. Ежедневно туда приходят тысячи изменников, чтобы слушать её мерзкие речи. Теперь они явно не собираются отсиживаться за перевалами! Про́клятый Абу Шамаш что-то затевает.

– И ты не знаешь что? – Император гневно сдвинул брови. – Не ты ли утверждал, что среди его приближённых есть твой человек?