Контракт на невинность

Тени ложатся на его рельефное тело, и мое желание прикоснуться к нему сравнимо сейчас только с отчаянным желанием путника посреди пустыни, жаждущего воды.

Стоит мне провести ладонями по груди Камиля, как превращаюсь в оголенный нерв, а спину обжигает жаром. Кажется, мне не понадобится сегодня время разгореться и перестать нервничать. Я так желаю близости с ним, что мне бы хватило, даже если бы он просто поманил меня пальцем и кивнул на свой член. Я бы уже запрыгивала бы на него с разбега.

— Пожалуйста, давай без прелюдий?… — шепчу я, глядя, как в ответ горят его глаза.

— Да ты что? — издевательски тянет он, и я вскрикиваю, когда его рука внезапно скручивает мое нижнее белье между ног, что оно врезается в кожу бедер, и дергает его в сторону, раскрывая меня, — похоже, ты права. Сегодня без прелюдии. Мокрая насквозь.

И еще раз я вскрикиваю, потому что он толкает безжалостно пальцы внутрь меня. Это ощущается слишком тесно и напряженно, как-то по-новому, но я явно возбуждена, потому что они скользят во мне без дополнительных усилий. Похоже, я начинаю тонуть в пронзительном взгляде Камиля, который в этот момент смотрит на меня как-то по-новому, неотрывно, словно пытаясь поймать каждую эмоцию на моем лице.

Это вроде бы тот же секс, что у нас был до этого момента — так мне казалось поначалу. На деле же сегодня я почему-то себя чувствую более обнаженной перед Камилем, чем обычно. И его я чувствую иначе. Словно мы с ним сбросили еще какой-то невидимый слой одежды, который создавал разницу между обычной близостью и более глубокой, такой, словно каждый нерв обнажен, когда обладать собираются не только телом, но и душой.

Он вытаскивает из меня пальцы и поднимает их — блестящие и влажные. Я краснею в ответ. Но лишь на секунду, потому что когда в следующий момент Камиль, вызывающе глядя на меня, проводит по ним языком, мне хочется закричать — настолько это было провокационно и откровенно.

— Камиль, это…

— Это чтобы ты краснела, мать твою, Ева, — его голос оставляет на коже холодные мурашки — низкий и глубокий, — я буду с тобой делать много всего, чего мы не пробовали. Нахрен мне твое смущение.

Он приподнимает мои бедра и я слышу шуршание одежды. Наши тела соприкасаются очень тесно и крепко, когда Камиль притягивает меня ближе и медленно опускает вниз, проникая в меня. Мои стоны в этот момент похожи на жалобный всхлип. Запах Камиля забивается в легкие, стоит мне уткнуться обессиленно лбом ему в шею. Кажется, что сейчас я полностью принадлежу ему.

— Ты хоть представляешь, чему я тебя научу? — медленно и тихо интересуется Камиль мне на ухо, — еще не поздно встать и уйти, Ева.