Назови меня своей

— Ой, дядя Валентин! — перебила меня Сабрина и с радостной улыбкой подбежала к двери.

Которая открылась и в мою лабораторию вошёл младший носфайи. Уже переодетый, домашний и улыбчивый. Интересно, Мартин поделился с ним тем, как прошла наша встреча в парке?.. Осознав, о чём думаю, моментально покраснела и отвела взгляд, не зная, куда девать руки. Хорошо, лорд Валентин отвлёкся на племянницу.

— Привет, моя хорошая, — он погладил Сабрину по голове. — Как, не скучала?

— Ой, нет! Мы сначала с Лёлей гуляли, потом мозаику собирали, и ещё отвар варили, вот!

— Молодцы, — взгляд Валентина переместился на меня. — Пойдём в столовую, там уже всё накрыто, — он подтолкнул девочку к выходу, потом поманил к себе и улыбнулся шире. — Иди сюда, Лёля. Поздороваемся.

Прозвучало весьма двусмысленно, и меня окатила знакомая тёплая волна при этих словах. Вдруг вспомнилось, что я так и не переоделась, тонкое платье из муслина всё ещё было на мне, обрисовывая изгибы и выдав меня красноречиво проступившими под тканью напрягшимися сосками. Однако ноги сами уже несли к Валентину, пока я пыталась справиться с суматошными мыслями, и едва остановилась рядом с ним, невольно вдохнув запах сандала и дуба, как меня тут же обняли и крепко прижали к себе.

— Знаешь, так странно, когда в мыслях всё время возвращаешься к кому-то, кто остался дома, — выдохнул он мне на ухо, и я замерла в его объятиях, боясь поверить в то, что услышала.

Сердце колотилось в груди бешеным мячиком, и мои ладони ощущали непривычно быстрый стук сердца Валентина. Что это значит?.. Его горячие губы коснулись моей шеи, и вампир снова заговорил низким, хрипловатым голосом, развернувшись и прислонив меня к стене.

— Всё вспоминал, как сладко ты стонала вчера, крошка, — и ещё один поцелуй, теперь в скулу.

Ладони Валентина обхватили моё лицо, а я стояла, безвольно опустив руки и не в силах отвести заворожённого взгляда от его глаз. От откровенного замечания щекам стало тепло, а потом стало очень сложно думать: брат Мартина поцеловал меня в губы. Нетерпеливо, жадно, лишая дыхания и вырывая из моей груди глухой стон. Тело прильнуло к нему, жаждая ласки, и я потерялась в вихре эмоций, закружившем меня, поглотившем с головой. В какой момент начала отвечать, я даже не поняла, просто вдруг осознала, что уже не просто покорно принимаю ласки его губ и языка, а сама тянусь вперёд, немного неуверенно пытаюсь включиться в пикантную игру… Тихое рычание, и меня сильнее притиснули к стене, перехватили запястья, крепко их сжав, и — в следующий момент нижнюю губу обожгла вспышка боли. Ох-х. Это было неожиданно, да, но не испортило того удовольствия, в которое окунул голодный поцелуй Валентина, боль лишь оттенила пряный коктейль. И я знала, что скоро она пройдёт, а от ранок не останется и следа. Кажется, чем дальше, тем легче я воспринимала такие вот моменты, не заостряя на них внимания больше, чем надо. Наверное, и к лучшему.