Работа над ошибками (СИ)

— Стас… Пусти меня, пожалуйста, я не могу так… — пытаюсь вырваться из цепких рук Стаса, пока то притяжение, которое я чувствую к Стасу постоянно, не сделалось неконтролируемым.

— Тогда я ничего не понимаю. Просто. Он лучше тр. хается? Так ты со мной не пробовала…

— Я и с ним не пробовала, и ни с кем не собираюсь пока, Стас, пусти!

— Класс. Значит, не все потеряно. У нас с тобой.

— Ста-ас, — глубоко вздыхаю я, собирая остатки благоразумия, здравомыслия, осторожности…чего там еще… Нужно объяснить ему, как вижу нормальные отношения. Это почти невозможно сейчас, но я постараюсь, хотя ощущаю, как мелкая дрожь пробегает по телу и становится трудно дышать. И еще — наверно, от реальной возможности секса со Стасом — я наконец почувствовала этих пресловутых бабочек в животе, о которых столько сказано в современной мировой литературе. Мда… уже не верю, что смогу сказать «нет».

— Стас, послушай… — выдавливаю слова из последних сил, но Стас вдруг убирает руки, стягивает с себя с потрясающей быстротой майку, бросает ее на пол и перебивает меня:

— Я слишком долго тебя слушал, дорогая. Хватит. И в шахматы мы, кажется, тоже слишком заигрались.

Он целует меня в губы требовательно и так жадно, словно ждал этого годы, не меньше. Ни сомнения, ни неуверенности, ни боязни, что я оттолкну его. Первые время я пытаюсь вырваться, но успеха в своих попытках не добиваюсь, да и не могу добиться — слишком неравны силы. Вырываюсь всего, правда, несколько секунд, пока полностью не сдаюсь под натиском Стаса. Вежливые приглашения закончились, все ритуалы — тоже.

А что такого, Вероника?

Разочек. Один разочек, но побыть с ним…

Я целую его так же страстно, как и он меня. Мы действительно заигрались в шахматы.

— Ты специально издевалась надо мной, да? — Стас прерывает поцелуй.

Его руки ползут вниз и сжимают мои ягодицы. Платье остается задранным до талии, но он решает эту проблему, как обычно, быстро и безапелляционно: просто сдергивает его с меня и бросает на пол. Остаюсь в лифчике, трусиках и в тех знаменитейших чулках, что сегодня изменили всю мою жизнь.

Пока я соображаю, что стою, собственно, на кухне полуголой, Стас оперативно снимает с меня лифчик.

Губы Стаса скользят по моей шее, его ладони гладят меня везде, везде. Дрожу и давлю громкие всхлипы. Ну что он медлит? Между ног горячо и влажно. Мне сейчас не надо долгих прелюдий, заберите обратно. Моя прелюдия длилась все вечера, когда мы со Стасом были вместе, и я косилась на обнаженный- или не очень обнаженный — мускулистый торс, разглядывала бугрящиеся мышцы на руках.

А он ласкает мою грудь, захватывает сосок губами. Не успеваю среагировать и издаю громкий стон, и моя спина выгибается.

Вцепляюсь в Стаса, сильно сжимаю пальцы. Кожа его горячая и чуть влажная. Издаю еще один стон и закусываю, по привычке, нижнюю губу.