Единственная на всю планету, книга вторая

В сознание Ол пришёл только ночью. Чувствовал он себя почти так же, как после падения, но всё же смог собраться с силами и запустить лечебное воздействие. Решив, что всё остальное может подождать до утра, он позволил себе опять потерять сознание. Утром боль никуда не исчезла, но мысли уже не путались. Первым делом Ол осмотрел комнату. Она была раза в два больше его кельи и гораздо светлее и богаче. Не все предметы обстановки были знакомы, а на столике рядом с кроватью лежали его книга и кожаный мешочек Ардеса. Там же стоял небольшой керамический сосуд с водой, которую он с жадностью выпил. Послышались шаркающие шаги, и в комнату вошёл старик, который обрадованно улыбнулся Олу и что-то сказал. Разумеется тот ничего не понял, о чём и сообщил хозяину на всех известных ему языках.

– Вот, блядь! – высказался Николай. – Иностранец!

Расстроенный старик жестами спросил Ола, хочет ли он есть. Отказавшись от еды, жрец опять улёгся, закрыл глаза и впервые задумался о том, в какую передрягу угодил по милости своего бога. Мало того что чуть не погиб, когда упал на дорогу, ещё очутился в совершенно незнакомом мире без денег и знания языка. Хорошо, что его подобрали и занесли в дом, иначе уже ушёл бы на следующее перерождение. Вот что стоило Ардесу зайти в соседнюю келью! Единственным выходом для такого слабого мага, как он, было слияние с кем-нибудь из местных, вот только как сливаться в таком состоянии? Решив, что нужно подождать результатов лечения, Ол запустил ещё одно лечебное воздействие и погрузил себя в сон. На его счастье, с утра начался снегопад. Обычно в этих местах в конце марта днём были уже плюсовые температуры, а если шёл снег, то очень недолго и не такой сильный. Сейчас же поднявшийся ветер быстро наметал на дороге сугробы. Николай ещё вчера позвонил в полицию, но там решили, что потерпевший никуда не денется, и перенесли поездку на следующий день. К обеду Николаю позвонили и сказали, что придётся ждать, пока расчистят дорогу. По этой же причине не приехал и врач. К вечеру Олу стало намного лучше, и он решил, что уже сможет слиться со стариком. Похоже, что, кроме него, в доме никого не было. За весь день жрец ничего не ел, только два раза пил воду и один раз воспользовался туалетом, вызвав неудовольствие старика тем, что не промыл унитаз. Решившись на слияние, Ол дождался, когда хозяин дома придёт в очередной раз, поманил его к себе и парализовал волю. Усадив старика на свою кровать, он стал проделывать когда-то вычитанный из книг ритуал. В них писалось, что слияние тем легче и полней, чем ближе души сливающихся. В редких случаях при антагонизме слияния не происходило. Несмотря на его слабость и неопытность, всё получилось. Правда, старик потерял сознание и свалился с кровати, но лет тридцать его жизни попали в голову Ола. К изумлению жреца, на следующий день выяснилось, что старик проделал с ним то же самое. Сразу после слияния Ол погрузил себя в сон и проснулся только утром, когда заимствованные из чужой головы знания уже улеглись в его собственной. У старика обморок перешёл в сон, и сейчас он негромко похрапывал, лёжа на полу возле кровати. После длительного воздержания жрецу страшно хотелось есть, поэтому он встал с кровати и разбудил Николая.