Право на одиночество
- Автор: Шнайдер Анна
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Право на одиночество». Краткое содержание книги:
Но размеренная жизнь заканчивается с приходом на работу нового главного редактора Максима Громова, первое впечатление о котором нельзя назвать приятным...
– Ого! – я оторвалась от своего увлекательного занятия. – Это ты всё сам приготовил?
– Ну да. А что особенного? Я вообще себе сам готовлю, у меня только уборщица есть. Сама понимаешь, мыть полы – сомнительное удовольствие, а вот готовить я люблю. Это – салат с креветками, а тут – спагетти с томатным соусом.
– Слово-то какое – спагетти, – я рассмеялась. – Я вот всегда говорю – макароны…
– Какая разница. Главное, чтобы было вкусно!
Мир поставил вплотную наши кресла, придвинул журнальный столик, с которого он перед этим унёс чашку с остывшим кофе и убрал все ненужные книги и журналы, и принялся накрывать на стол.
Я смотрела на всё это со смешанными чувствами… Для меня ещё никогда не накрывал на стол мужчина, отца я не считаю, именно посторонний мужчина. К тому же приготовленным своими же руками. И это было… приятно. Причём настолько, что я сама удивилась глубине этого чувства. Оказывается, когда за тобой вот так ухаживают, и без задней мысли, что стоит только напоить девушку – как она сама под тебя ляжет, это так приятно…
Между тем Мир накрыл на стол, разлил по бокалам вино, разложил салфетки и, улыбнувшись, позвал меня:
– Ну иди, садись рядом, будем ужинать.
И я, нисколько не смущаясь, опустилась в кресло и принялась поглощать свой ужин, не забывая нахваливать повара. К моему удивлению, Рашидов немного покраснел после первой же похвалы.
– Так что тебе приглянулось из моей библиотеки? – спросил он, видимо, чтобы отвлечь меня от комплиментов.
– О-о! Тут ещё рассматривать и рассматривать! Но если говорить откровенно, пока ты кашеварил, я рылась вот в этом шкафу, – я указала на ближайший к нам книжный шкаф. – Ничего особенного, просто там у тебя фэнтези стоит.
– Ты любишь фэнтези?
– Да я всё люблю, кроме женских романов. Но дело не в этом. Мой отец очень увлекался именно этим жанром, и у нас дома полшкафа забито фантастикой и фэнтези. Вот я и рассматривала твои запасы. Почти весь шкаф у меня есть.
Почему-то перед глазами встал отец, сидящий в кресле с очередной книжкой, и мама, высовывающаяся из кухни с шутливо-гневным выражением на лице.
«Володя! Бросай своих гоблинов и иди обедать!»
«Что?.. А, да, иду… И вообще, тут не гоблины, а драконы!»
«Да хоть Змей Горыныч, у меня котлеты стынут!»
Я невольно улыбнулась. Оторвать папу от очередной его книжки иногда было безумно сложно, даже соблазняя любимой жареной картошкой с грибной подливкой.
– Вспомнила что-то приятное? – вернул меня с небес на землю голос Мира.
– Да, – я кивнула и поскорей сменила тему, чтобы он ни о чём больше не спросил. – А ты обещал мне рассказать о своей жене. Если сейчас подходящее время, конечно…
– Почему нет, – он улыбнулся и глотнул вина из бокала. – Пять лет назад я, конечно, послал бы тебя куда подальше, мне невыносимо было говорить о ней, а теперь… Маша была удивительной девушкой. И очень, очень забавной. Когда я встретил её в институте, она была ходячим комплексом неполноценности. Маша страшно стеснялась самой себя, ей постоянно казалось, что она самая некрасивая, нелепая и над ней все смеются. Мне показалось это очень смешным, почти… почти как твой страх тогда, в кабинете Ломова и в машине. Я веселился, общаясь с ней, наблюдая, как она тушуется, стесняется, сутулится и краснеет.
– Гад, – хмыкнула я. Рашидов усмехнулся.
– Кто же спорит? В девятнадцать лет все мы гады.
– Ну не скажи. Маша ведь не была такой?
– Нет, конечно, но из любого правила бывают исключения. Я имею в виду то, что в таком возрасте обычно не думают о чувствах другого человека, не анализируют свои поступки. Особенно юноши. И я намеренно издевался над Машей, наблюдая за её реакцией и веселясь, пока она меня не возненавидела.
– Серьёзно?
– Абсолютно. Я не делал ей ничего дурного, просто обращался крайне насмешливо и пару раз ставил в неловкое положение, но этого было достаточно. Однажды, когда я перешёл всяческие границы, Маша вдруг разозлилась и заявила, что я – просто слизняк, и она не желает больше со мной разговаривать.
В этот момент я смотрела на Мира и дивилась его реакции – взгляд был грустным, а улыбка словно говорила: «Какой я был идиот».
– И что же ты сделал?
– Ничего. Поначалу – оскорбился. А потом понял, что мне её не хватает. Мне хотелось поговорить с Машей, спросить, что она думает о том или о сём, и уж совершенно точно мне больше не хотелось над ней издеваться. Наоборот – когда она проходила в институте мимо меня, старательно делая вид, что я – стеночка, мне ужасно хотелось схватить её в охапку и расцеловать. И однажды, набравшись смелости, я признался Маше в своих чувствах. Сказал, что люблю её и очень жалею о своих глупых поступках.