Е. П. Блаватская. История удивительной жизни [litres]
- Автор: Крэнстон Сильвия
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: 5 редакция (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- ISBN: 978-5-04-161038-8
- Переводчик: Е. Голубовская
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Е. П. Блаватская. История удивительной жизни [litres]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
О пребывании Блаватской в Ангьене известно немногое, кроме того, что было описано в статье Джаджа. Вот несколько отрывков из этой статьи:
Нашей любезной подруге были предоставлены все удобства, и там она продолжила свою работу, пока я по её просьбе внимательно перечитывал, сидя в той же комнате, «Разоблачённую Изиду», снабжая её тематическими указателями внизу каждой страницы. Это требовалось ей для подготовки к написанию «Тайной Доктрины»…
По заведённому обычаю мы каждый вечер собирались в гостиной, чтобы побеседовать, и здесь, как и в столовой, происходили некоторые феномены, которые на самом деле едва ли были интереснее слов Блаватской, остроумных ли, мрачных или насмешливых. Часто сестра графини д’Адемар играла на фортепьяно, чем приводила в восторг Елену Петровну, которая была весьма строгим судьёй. Я хорошо помню одну мелодию, в то время недавно ставшую популярной в Париже, которая нравилась ей неимоверно и часто повторялась по её просьбе. При звуках этой мелодии в душе рождалось вдохновение и глубокое единение с природой. Немало оживлённых дискуссий между Блаватской и графом прозвучало в этой гостиной, и часто в разгаре беседы она поворачивалась ко мне и Мохини, в то время как мы молча слушали её, и произносила вслух мысли, которые проскальзывали у нас в голове…
Однажды вечером мы долго сидели в гостиной без света. Свет луны отражался в озере, вся природа стихла, а Елена Петровна впала в задумчивое состояние. Она встала и подошла к угловому окну, глядя на воду, и в комнате вдруг мелькнул проблеск рассеянного света, вызвав на её губах нежную улыбку. После смерти Е. П. Блаватской графиня д’Адемар писала мне, вспоминая этот вечер:
Е. П. Блаватская казалась погружённой в мысли, когда она вдруг встала со своего кресла, приблизилась к открытому окну и властно взмахнула рукой. В отдалении послышалась музыка, которая всё приближалась и приближалась, и наконец разразилась благозвучными аккордами, заполнившими гостиную, где мы сидели. Мохини бросился к ногам Блаватской и поцеловал подол её платья, что казалось абсолютно естественным проявлением глубокого восхищения и уважения, которое все мы испытывали к этому чудесному созданию, чей безвременный уход мы никогда не перестанем оплакивать.
Мы все ясно слышали эту астральную музыку, а граф особо отметил её призрачную красоту, когда она затихала, удаляясь в неведомые места[629].
После того как Елена Петровна вернулась в Париж, к ней приехали Вера и Надя и пробыли с ней до конца июня. Однажды с невольной подачи Веры Елена Петровна провела эксперимент по «осаждению», который позже стал известен в Англии и России. Показания свидетелей этого эксперимента опубликовало британское периодическое издание «Лайт» (12 июля 1884 г.). Ниже приведены отрывки из этой публикации:
Нижеподписавшийся подтверждает следующие феномены:
Утром 11 июня сего года мы находились в приёмной Теософского общества в Париже в доме № 46 по Рю Нотр-Дам де Шан, когда почтальон принёс туда письмо. Дверь комнаты, в которой мы сидели, была открыта, и мы хорошо видели коридор; слуга, поспешивший на звук дверного колокольчика, забрал письмо у почтальона и сразу принёс его нам, вручив мадам Желиховской [сестра Е. П. Блаватской, Вера]. Она бросила письмо на стол, за которым мы сидели. Письмо было адресовано одной даме, родственнице мадам Блаватской [тёте Наде], которая тоже была у неё в гостях, и пришло от другой родственницы из России [тёти Екатерины]. В комнате присутствовали мадам де Морсье, генеральный секретарь Sociе́tе́ Thе́osophique d’Orient et d’Occident, М. Соловьёв, известный писатель, сын выдающегося русского историка и атташе императорского двора, пол. Олькотт, мистер У. К. Джадж, Мохини, Бабу и ещё несколько человек. Мадам Блаватская также сидела за столом. Вдруг мадам Желиховская попросила Е. П. Блаватскую прочитать содержание письма до того, как оно будет распечатано…
В ответ на просьбу Е. П. Блаватская тут же взяла со стола запечатанное письмо и, приложив конверт ко лбу, начала читать то, что, как она утверждала, было в нём написано. Затем она записала предполагаемое содержимое письма на пустой странице одного из уже прочитанных писем, лежащих на столе. Поскольку сестра всё ещё подсмеивалась над ней и оспаривала её способности, Е. П. Блаватская пообещала дать всем присутствующим ещё более весомые доказательства того, что её психические силы могут действовать внутри запечатанного конверта. Отметив, что её имя упоминается в письме, она сказала, что через конверт подчеркнёт его красным карандашом. Она подчеркнула своё имя красным карандашом на старом письме (на котором уже было записано предполагаемое содержимое запечатанного письма) и, подписав его полным именем автора письма, нарисовала под ним символ из двух переплетающихся треугольников – «печать Соломона». Вера заметила, что автор [тётя Екатерина] навряд ли в письме к родственнице стала бы подписываться полным именем, и уж в этом-то она [Елена Петровна] наверняка заблуждается. «Тем не менее, – возразила Е. П. Блаватская, – я сделаю так, что эти две красные отметки появятся в запечатанном письме».
629
Judge H. P.B. at Enghien. Lucifer, июль 1891, с. 359, 361. Вахтмейстер К. Воспоминания о Е. П. Блаватской и «Тайной Доктрине», с. 102, для дальнейшей информации по указателю к «Разоблачённой Изиде».