Электронная книга - «Война закончилась, львёнок (СИ)». Краткое содержание книги:
— Гермиона и наша подруга, — вздернув подбородок, сказала Джинни, — мы хотим помочь.
— Вы серьезно ничего не понимаете, — встрял Малфой, пренебрежительно осматривая девушек, — мы пойдем в никуда. У нас нет данных сколько их, кто они… у вас же нет подготовки…
— Да ты что, Малфой? — Джинни резко повернулась к нему, мотнув волосами. — Отряд Дамблдора был отличной подготовкой, впрочем, как и война.
— Мы идем, — сказала Луна, сложив руки на груди, — с вами или без вас.
Гарри чертыхнулся, не желая больше спорить и понимая, что этих двоих не удержать если они что-то решили. Даже если он не скажет им место, они найдут способ его выследить. Еще раз проведя пальцем по галеону, Гарри вздохнул и встал. Малфой разложил карту и сверху разместил мантию Снейпа, скомканную и уменьшенную. Драко положил перед собой книгу с заклинанием и достал палочку.
— Стой, — остановил его Гарри и полез в задний карман джинсов за своей палочкой. — Я сам.
— Ты же в курсе, Поттер, что это темная магия? — ехидно спросил Малфой, оглядывая его. — А то у тебя проблемы с этим, как я понял…
— Заткнись и передай мне книгу, — решительно отрезал Гарри и поднял палочку.
***
Гермиона открыла глаза резко вздохнув, возвращаясь в боль и холод. Она простонала, пытаясь сесть поудобней. Девушка захныкала от боли, которая пронзила грудную клетку. Стараясь не шевелиться слишком сильно, Гермиона ощупала холодные сырые стены, решетку. Была абсолютная темнота. И тишина, нарушаемая монотонно капающей водой.
Девушка схватилась руками за прутья, подтягивая себя ближе к ним, чтобы выглянуть и по возможности что-то рассмотреть. Очертания колонн в темноте неясные, больше ничего не было видно. Но тут Гермиона услышала шорох неподалеку. Сначала ведьма подумала, что ей показалось, но шорох повторился.
— Здесь есть кто-нибудь? — девушке еле удалось прохрипеть эти слова.
Гермиона услышала всхлип и насторожилась. Она припала к решетке изо всех сил пытаясь разглядеть, что там слева, откуда, как ей казалось, доносился звук. Ведьма видела, что там еще одна клетка, но больше ничего не могла разобрать.
— С вами все в порядке? — хрипло спросила Гермиона.
— Мне страшно… Ее забрали только что, — она услышала тонкий голосок. Боже, неужели это ребенок? Гермиона сглотнула, пытаясь облегчить боль в горящем горле.
— Не бойся, — тихо попросила Гермиона, стараясь не напрягать связки, чтобы ее голос не звучал так грубо из-за хрипоты, — все будет хорошо. Как тебя зовут?
— Лиз.
— Лучше помолчи, девочка, ты не знаешь с кем говоришь, — раздался мужской голос, он звучал слабо, но в нем слышались нотки беспокойства.
— Меня зовут Гермиона, — сердце девушки зашлось галопом от понимания, что рядом с ней пленные. Может быть, здесь все пропавшие магглы. — Я рада познакомиться, Лиз. Кого у тебя забрали?
Девочка, которая сдерживала рыдания, вдруг расплакалась, достаточно громко для этой гулкой тишины. Кто-то начал ее успокаивать, что-то шепча. Гермиона прикрыла глаза.
— Сестру у нее забрали, — вздохнув, произнес мужской голос. — Девочки вместе здесь появились.
— Сколько вас здесь? — спросила Гермиона, но не была уверена, что ее кто-либо услышал из-за всхлипов Лиз.
— Уже не знаю, кого-то приводят, кого-то уводят…
— Ты только что сказал, что лучше не раскрывать рта, а сам…
Женский голос зашипел где-то справа.
— Меня зовут Гермиона Грейнджер, — начала Гермиона, но горло обожгло, и она закашлялась, — я мракоборец, представитель Министерства Магии, волшебница.
— Так, значит, ты такая же как они…
Послышался гомон перешептываний, каких-то реплик и удивленных вздохов.
— Я из отряда по их поимке, — когда наступила тишина, сказала Гермиона.
— Ну, ты облажалась, Гермиона Грейнджер, раз сидишь тут с нами, — вздохнув, произнес мужчина.
— Мой напарник там с ними, он что-нибудь придумает, — сказала Гермиона задумавшись, так ли это.
— Ты, похоже, и сама в это не веришь…
Гермиона прислонилась горячим лбом к решетке и закрыла глаза. Нет, она верит. Хочет верить.
— Давно вы тут? — спросила она ни к кому конкретно не обращаясь.
— По-разному, — сказала женщина, — я несколько недель, кто-то больше, кто-то меньше… Кто вы такие, волшебники?
Гермиона немного растерялась от вопроса, не понимая, как ей на него ответить, но, вздохнув, произнесла:
— Люди, обладающие определенными способностями. К вам когда-нибудь подсаживали еще волшебников?
— Вроде бы нет, — прохрипел мужчина.
Повисла тишина, нарушаемая противным капаньем. У Гермионы на языке крутился вопрос, который она не решалась задать из-за Лиз, но ей нужно было знать.
— Они возвращаются? Те, кого забирают?
Снова оглушающая тишина, и раздался короткий ответ:
— Нет.
Это звучало, как приговор и таковым и было. Больше никто не говорил. Тишина нарушалась лишь всхлипываниями девочки. Гермиона старалась не думать, сколько ей лет. По голосу она бы дала двенадцать. Но могла и ошибаться. Желудок скручивало, стоило подумать о ее дальнейшей судьбе.
Ведьма прижималась горячей головой к стенам, понимая, что у нее высокая температура и озноб, мешающие нормально думать. То и дело она проваливалась в сон, потом, вздрагивая, просыпалась, и так снова и снова. А темнота все не рассеивалась. Гермиона даже предположительно не знала, сколько прошло времени, и ночь эта казалась бесконечной.
Гермиона отодвинула манжет рубашки, доставая зачарованный галеон, который, казалось, оставил ей ожог на коже, но в тоже время был ориентиром, когда ее пытали. Она думала об обжигающей кожу монете. О том, что вот это настоящее. Гарри, думает о ней каждую минуту. Что он близко. Северус тоже это чувствовал, скорее всего. Они оба прикрепили монеты с утра к манжетам рубашек, чтобы всегда чувствовать запястьем.
Северус.
Гермиона старалась не думать о нем больше. Слишком больно было видеть его пустые глаза, оценивающий холодный взгляд, равнодушие.
Ведьма понимала его бездействие, ведь того требовала легенда. Но ей было бы легче все это выносить, просто скажи он, что так надо. Хоть слово.
Вытерев скатившуюся слезу, Гермиона провела по галеону пальцем.
«Жива».
Он тут же разогрелся с новой силой, но она не могла прочесть сообщение в темноте, поэтому просто спрятала его под манжет. Голова раскалывалась. Девушка прикрыла глаза.
В этот раз Гермиону из дремы вырвал громкий звук открывающейся двери и светящаяся палочка, чуть ли не тыкающая ей в лицо.
— Продолжим, грязнокровка, — голос Селвина у нее уже под коркой въелся, вот такой вечно торжествующий, но при этом холодный. — Мерлин, выглядишь ты отвратительно.
Гермиона видела, что Селвин присел перед ней на корточки, разглядывая ее.
— М-да, — протянул он, взяв ее за подбородок и приподнимая лицо, — вот ты уже и не такая красивая. А это всего один вечер пыток, представляешь? Что же будет завтра… Уже жду не дождусь.
— Иди к черту со своими разглагольствованиями… Что тебе нужно? — прохрипела Гермиона, откидывая его руку. Селвин рассмеялся. От его смеха побежали мурашки. Это было жутко.
— Хочу, чтобы ты умоляла, но видимо придется подождать, — Селвин больно обхватил ее руки и резко поднял, — пошли, последний раз развлечешь своего Снейпа…
Что бы это не значило, Гермиона похолодела. Но подталкиваемая руками мужчины шла по бесконечным темным коридорам, которым не было конца и края. Девушка отмечала упадок поместья, в котором они находились. То, что это было старинное сооружение, некогда живших здесь аристократов, сомневаться не приходилось. Все здесь кричало о былой роскоши. Но при этом сейчас выглядело обветшалым и заброшенным. Не тот ли это мэнор Лестренджей, про который говорил Драко.
Гермиона дернулась, когда вдруг услышала донесшиеся истошные крики. Она повернулась, испуганно глядя на Селвина, и тот расплылся в самодовольной улыбке.
— Интересно? — спросил он, сверкнув глазами.