Бунтарка для хорошего мальчика

— Знать тебя не желаю! — холодно объявил он на прощание.

— Боря! — Вера Петровна побежала за сыном.

Женька стоял ни жив ни мертв, смертельно бледный, с пустым взором, покачивающейся, будто от сильного ветра.

— Женечка мой! — бросилась к нему Марья. Она не стала долго причитать, просто уткнулась любимому в грудь, обхватила его за талию.

— Сыночек, — рядом тут же оказалась Анастасия. — Не слушай его, маленький! Никогда никого не слушай, мы с тобой, а это главное.

Евгений немного растерянно обнял своих женщин, чмокнул обеих по очереди в макушки.

— Все хорошо, — объявил он хмуро. — Все в порядке, не будем портить праздник.

Однако праздник был испорчен окончательно и бесповоротно.

Вера Петровна вернулась почти сразу же.

— Он одумается, — попыталась оправдать она сына.

— Уже будет ненужно, — отмахнулся Женя. — Не хочу о нем разговаривать, давайте лучше садиться за стол.

Евгений честно пытался сделать вид, что все в порядке, он улыбался как ни в чем ни бывало, благодарил за поздравления, вот только Марьюшка видела, как ему больно. По едва сжатым губам, чуть нахмуренным бровям, подрагивающие пальцам.

Марья все видела и просто как могла старалась поддержать любимого.

Женька был благодарен Марьюшке за каждый ласковый взгляд, каждое нежное касание. Он чувствовал поддержку любимой и его потихонечку отпускало.

Только поздно вечером, после того, как проводили Таисия Петровну и пересылки всю посуду, ребята, всё-таки смогли уйти к себе в комнату.

— Боже, это был просто жутко тяжёлый день! — простонал Марья, падая на кровать. — Да, здесь не просторно. — оценила она, едва ни шандарахнувшись головой о стену.

— Поместимся, в общаге такая же.

Женька стащил с себя рубашку и запульнул ее куда-то за спину, следом полетели брюки и носки.

— Давай помогу раздеться. — предложил он Марье.

— Сама как-нибудь! — тут же отскочила от него девушка. Она понимала, к чему все идёт, но старалась удержаться в рамках приличия. Ну не под самым же носом у родителей любить друг друга!

Марька стащила надоевшее за день платье, колготки, белье, одела самую скромную пижаму из всех, что у нее были, — специально для визита к родителям выбрала, что б Женьку лишний раз не провоцировать, — и плюхнулись рядом с любимым.

Уместились они на кровати в самый раз, тесно прижавшись друг к другу так, что тела оказались сплетены.

Губы Евгения сразу нашли губы возлюбленной, не ответить на поцелуй было невозможно.

Все напряжение, накопившиеся за день, требовало выхода и Женя нашел его в своей любви к Марьяне.

Их нежность залечила все раны, заставила забыть обо всех неприятностях прошедшего дня.

— Женя! — попыталась сопротивляться Марьюшка. — Ну не здесь же, в самом деле!

— Мы тихо, — словно змей искуситель шептал Женя на ушко. — Не могу быть рядом с тобой и не целовать.

Руки парня бережно ласкали уже давно изученное девичье тело, каждый чувствительный уголок, каждую его тайную точечку, которую Евгений нашел, методично лаская долгими ночами возлюбленную из раза в раз.