Разрушенные (ЛП)

Я моргнул, в результате в мой фокус попала испуганная Клара и заплаканная рассвирепевшая Зел.

— Нет! — закричала она.

Мои руки сжались на плечах Клары, и потребовался весь остаток силы внутри, чтобы оттолкнуть ее. В момент, когда она упала на пол, Зел подняла ее и бросилась назад.

Я упал с кресла и схватился за голову, пытаясь подавить непреодолимые приказы.

Убей. Разорви. Заставь истекать кровью. Уничтожь.

Я поднял взгляд, ища нож для писем, который держал на своем столе. Мне нужно было оружие, чтобы успокоить себя — прежде чем я сделаю что-то, с чем потом не смогу жить.

— Клара, нет! — закричала Зел, звуча приглушенно из-за приказов в моей голове. — Держись подальше.

На удивления Клара восстала против условного рефлекса, и она была той, кто закончил его. Ее громкий, тонкий голосок закричал:

— Хватит!

И... это произошло.

Просто так. Внезапная тишина, оставившая меня дрожащим и пугающе пустым.

Я привел голову в вертикальное положение, тяжело дыша. Я встал на ноги, скрипнув суставами, которые не имели права двигаться, после жизни мучений.

— Ты в порядке? — мой голос был хриплым, напряженным. Глотая воздух ртом, я провел руками по своим лохматым волосам.

Чары похоти между мной и Зел испарились, сменившись явным ужасом в ее взгляде. Мое сердце было готово остановиться. Почему, черт побери, я не могу быть нормальным?

Я хотел разгромить свой офис и драться. Я разрушил все. Доказал Зел, что Клара не была в безопасности рядом со мной. Бл*дь!

— Хейзел, ты знаешь я… — Что я мог сказать? Что я добился больше прогресса за последние два дня, чем до этого, но этого было недостаточно. Этого никогда, черт побери, не будет достаточно, чтобы заслужить их.

Клара извивалась в хватке своей мамы. Зел была мертвенно-бледной от шока, ее выражение лица было каменным.

Освободившись, Клара шагнула вперед. Недостаточно близко, чтобы прикоснуться, но достаточно близко для меня, чтобы увидеть свирепость в ее темных глазах.

— Извини. Я забыла. Я не собиралась дотрагиваться до тебя. — Она опустила голову, в результате чего ее черные волосы накрыли ее лицо как занавес. — Не кричи на меня, ладно?

Мое сердце остановилось. Я чувствовал себя так, как будто был готов расплакаться. Ничего из этого не было справедливым. Ни для Клары, ни для Зел и даже для меня. Я был и всегда буду машиной, которая должна помнить свое место и оставаться в тени.

Клара была такой невинной. Такой чистой. Всё, чего во мне не было.

— Я не буду кричать на тебя, ребенок. Это не твоя вина. — Тяжело вздохнув, я оставался стоять, ссутулившись на полу, не отводя взгляда от нее. — Я думаю, что ты и твоя мама должны уйти.