Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

— Ты имеешь в виду какую-то определенную фамилию?

— И фамилию и лицо. У меня есть его приметы. С самого начала они мне кого-то напоминали… А потом…

— Приметы? С ними дело пойдет куда быстрее, чем перечислять тебе всех. Тем более что я тоже не помню всех фамилий.

— Прежде всего его сразу принимают за полицейского.

— Это может относиться ко многим.

— Средних лет. Довольно полный. Немного худее меня.

Катру посмотрел на Мегрэ, как бы оценивая его сложение.

— Возможно, я ошибаюсь, но думаю, что он работает либо на себя, либо на кого-то.

— Частное сыскное агентство?

— Возможно. Но бюро и вывески у него может и не быть, и объявление в газетах он может и не давать.

— Таких довольно много, в том числе и бывших начальников отделов, людей в высшей степени порядочных, которые, выйдя на пенсию, открыли частные агентства. Например, Луи Канонь. И Кадэ, который был моим шефом.

— Такие есть и у нас. Я говорю о людях другого сорта.

— Какие-нибудь особые приметы у тебя есть?

— Он курит сигары.

Мегрэ понял, что Катру вспомнил фамилию. Он помрачнел. Заметно было, что в нем борются противоречивые чувства.

— Тебе это что-то говорит?

— Да.

— Кто?

— Подлец.

— Этого-то подлеца я и ищу.

— Подлец он без полета, но опасный.

— Чем?

— Во-первых, потому, что все подлецы опасны. А во-вторых, говорят, что он делает грязную работу для некоторых политиков.

— Все совпадает.

— Полагаешь, он замешан в деле, которым ты занимаешься?

— Если приметы, которые я тебе дал, совпадают, если он курит сигары и путается с политикой, вероятней всего, что это тот самый человек. Не хочешь ли ты сказать… — Тут в памяти Мегрэ всплыло лицо — широкое, с припухлыми веками, с толстыми губами. — Погоди! Я, кажется, вспомнил. Это… — Но имя все время ускользало от него.

— Бенуа, — подсказал Катру. — Эжен Бенуа. Он открыл частное агентство на бульваре Сен-Мартен, второй этаж, как раз над часовой мастерской. На окне написана его фамилия. Думаю, что его лавочка чаще закрыта, чем открыта, так как весь штат агентства состоит из него одного.

Это был как раз тот, чью фамилию комиссар тщетно пытался вспомнить последние двадцать четыре часа.

— Достать его фотографию, наверное, не так-то просто?

Катру задумался.

— Это зависит от того, когда он ушел со службы. Это было… — Катру что-то вполголоса высчитал, затем позвал: — Изабель!

Она тут же пришла.

— Поищи, пожалуйста, в книжном шкафу внизу ежегодник Сюртэ. Там всего один, вышедший несколько лет назад. В нем две-три сотни фотографий.

Перелистав чуть не всю книгу и полюбовавшись на собственное фото, он нашел то, что искал, лишь на одной из последних страниц.

— Вот он! Нашел. Конечно, он немного постарел, но не так уж изменился. А толстый он был всегда.