Строптивая невеста [litres]

Людвиг молча восхитился. Дипломат растет! Так выбесить Гельмута всего парой фраз – это талант!

– Мы еще не договорили, – набычился король, едва не пуская дым из ноздрей. Крыть одобрение семьями, прозвучавшее почти как «помолвка», ему было нечем. Ну, кроме решительных действий, которые он и предпринял. – Маркиза едет со мной.

– О, ваше величество… – пролепетала леди с трепетом мокрых ресниц и всхлипнула.

– Милая моя, вам нужно успокоиться, выпить ромашкового чаю, и мы продолжим наш разговор, – быстренько сменив образ бешеного быка на образ галантного павлина, заворковал Гельмут и предложил леди руку. – Идемте.

Приняв руку короля, леди еще раз взмахнула мокрыми ресницами, прерывисто вздохнула… и расплакалась. Гельмут тут же привлек ее к себе за талию, обнял – чтобы она прислонилась к его мужественному плечу…

Защелкали магокамеры. Застрочили самопишущие перья. В стайке целительниц послышались завистливо-умиленные вздохи.

Его высочество Гектор МакШин «неохотно отступил», страшно довольный собой, и еле сдержался, чтобы не подмигнуть Людвигу.

Гельмут же, усаживая леди Хоббстен в мобиль (лично!), на секунду обернулся и – подмигнул. Гордый собой, что твой тетерев на току.

М-да. Вот так и делаются настоящие заговоры, а не это вот безобразие, творящееся в Академии. Быстро, четко, словно месяц репетировали. Надо будет проследить, чтобы газеты написали правильную правду, а не ерунду какую-нибудь. И на всякий случай позвонить герцогу Кэррингтону, пусть даст интервью, что ли. В общем, покажет, что все видел и за поруганную репутацию любимой дочери готов объявить Астурии войну.

Вряд ли Элиза сама успеет до вечернего выпуска, они с Гельмутом будут слишком заняты окончательным уничтожением ее репутации.