Однажды во Франции [ЛП]

Дорогой дневник,

Сегодня я чувствую себя очень подавленной. Прошлой ночью мне приснился сон о событиях, которые произошли ровно год назад, когда Брайони попала под машину, только на этот раз она не оправилась. Я проснулась в холодном поту, боясь, что этот сон был каким-то ужасным посланием, сообщающим мне, что она умерла в результате того несчастного случая. Я хотела убедиться, что она жива. Я отчаянно хотела сказать родителям, что мне очень жаль, и больше всего на свете я хотела, чтобы они простили меня, но я знаю, что оставила их слишком надолго. Прошло двенадцать месяцев, а я так и не выходила с ними на связь. Они, вероятно, уже начали пытаться забыть меня и продолжают жить своей жизнью. В последнее время я все чаще думаю о том, почему сбежала. Несколько дней назад я напилась со своими соседями по дому и разрыдалась без всякой видимой причины. Вена спросила меня, что случилось, и я сочинила какую-то дерьмовую ложь о моем парне, которого бросила, и о том, что у меня просто был плохой день, потому что скучала по нему. Когда соседи ушли, я задумалась о настоящей причине своего срыва. Это было потому, что, в конце концов, спустя несколько месяцев, притворяясь другой Ханной здесь, в Лондоне, я действительно задумалась о последствиях своих действий. Мне вдруг представилось милое личико Брайони, и в этот момент я так сильно скучала по ней, что мне показалось, будто мое сердце действительно горит, и подумала, что оно может сгореть и я умру. Мне следовало подождать еще немного, прежде чем уйти. Я могла бы жить во лжи, быть прилежной дочерью еще несколько месяцев, пока не сдам хотя бы экзамены или пока Брайони не станет немного старше и будет меньше нуждаться во мне. Я так отчаянно хотела вырваться из клетки, в которой оказалась запертой: бесконечные дни мучительного стремления к успеху и бесконечные разочарования, когда я не оправдывала высоких ожиданий отца и кралась по дому, как тень, желая быть похожей на обычных детей и уйти с друзьями в город или в кино, а не проводить день за днем с моими чопорными родителями и сестрой, которая, как бы она ни была прекрасна, была всего лишь маленьким ребенком. Я ненавидела, когда меня избегали одноклассники из-за того, кем были мои родители, и я была так одинока, что это было невыносимо. Я думала, одиночество убьет меня, если не уйду. Я такой ужасный человек. Сколько бы я ни пряталась за этим новым образом Ханны, никогда не прощу себе, что покинула Брайони. Надеюсь, она не возненавидит меня за все, что я сделала. Она не может ненавидеть меня больше, чем я сам себя ненавижу за такие эгоистичные поступки.