Сады и пустоши
- Автор: Джемаль Гейдар
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Сады и пустоши». Краткое содержание книги:
Женя повернулся в нашу сторону, увидел эту 180-сантиметровую статую с золотой челкой и спросил своим особым шепотком:
— Это что за кисонька?
Как мне призналась потом Подольцева, одного голоса хватило, чтобы сразить её насмерть. Вот эта «кисонька» пробрала её, вызвала дрожь, и она поняла, что она теперь любит Головина.
Наши отношения ещё продолжались какое-то время по инерции. Я несколько неадекватно пригласил Женю в Питер отмечать мой день рождения. Он приехал, атмосфера становилась нестерпимой, и я попросил его уехать.
Летом 1979 года мы сделали с ней марш-бросок на берег Иссык-Куля из Алма-Аты. Пешком прошли через два или три перевала, покрытых лесом. По моим позднейшим представлениям — довольно лёгкий путь. Но тогда я был не в форме, и это потребовало от меня серьезных усилий, я был весь в поту.
Такова преамбула к моему последующему перемещению центра тяжести в Азию. Это был пока небольшой задел.
По возвращении из Алма-Аты на квартире одного из наших друзей — по-моему, Вадима Попова — Катя попросила меня зайти в ванную за неимением кабинета, так как это была однокомнатная квартира. Я зашел. Она закрыла за собой плотно дверь, пустила воду и сказала:
— Дело в том, что я люблю Женю.
На это я только ответил:
— Конечно-конечно, я понимаю. Женю любят все.
Я остался в Москве, а Женя уехал к ней в Питер.
Удивительно, что его пребывание в Питере продолжалось три или четыре года, причем он очень мощно проявил себя там — в отличие от меня, который там ни с кем не хотел знакомиться, ничего не хотел там делать и писал своего «Электронного голубя».
Головин там общался с людьми, играл, записал кучу кассет, которые потом непонятно куда делись. Возможно, Катя их позже увезла в Америку.
В Питере было общество, кучковавшееся вокруг племянника Ромма по имени Кит. Это был центр креативной тусовки, состоящей, как обычно, из золотой молодежи, фарцовщиков, художников, поэтов. Кит погиб то ли от передоза, то ли от чего-то ещё, память о нём зудела в Питере, какие-то люди там оставались. И Женя попал в пространство, которого я длинной палкой не касался, а Женя в нем вращался и пел.
Поработал с Катюшей хорошо. Когда я её встретил как-то в Москве на кухне у Жигалкина через пару лет после того, как она начала жить с Женей, то почувствовал себя полностью отомщенным. Ручки у неё тряслись, как при Паркинсоне, она прикуривала одну сигарету от другой, и было видно, что девка катится очень далеко со свистом, как бильярдный шар, по наклонной плоскости. На тот момент она уже прожила с ним дольше, чем со мной195.
В конце концов Женя оставил её и вернулся в Москву к Ирине Николаевне, но в итоге — к Лене.
«Ориентация — Север». Дудинский
Водоразделом в моей биографии несомненно стала «Ориентация — Север», и она появилась как раз тогда, когда я пережил очень большой и многоступенчатый кризис, связанный с исчерпанием Южинского периода, смыслов, которые были для меня актуальны с 1967 года, со знакомства с Мамлеевым, и потом в большей степени с 1969, когда я познакомился с Головиным. Все было внутренне исчерпано. Исчерпанность начиналась с того момента, как мы решили с Леной разбежаться в 1976 и разделить нашу квартиру на Большой Очаковской.
Возвращаясь к теме «Ориентации — Север».
Пока мы ещё с Катей не расстались, но отношения уже были проблемными, мы поехали на дачу к Дудинскому. Был февраль 1979 года, когда Китай напал на Вьетнам. Это произвело на меня почему-то сильнейшее впечатление.
Во-первых, я подумал, что это преамбула к большой войне.
Во-вторых, у меня было абсолютно апокалиптическое чувство. Я был совершенно выбит из колеи. Не могу объяснить, почему это произвело на меня такое действие. С тех пор мы пережили столько нападений гораздо большего масштаба и гораздо более близких мне. Некоторые воспринимают футбол более остро, чем открытие того или иного фронта, появление горячей точки. Но тогда нападение меня шокировало. Стоял февраль.
Потом мы с Катей расстались, и я вернулся к этой Народной улице, к этой комнате, и к той простой позиции, из которой Степанов вывел меня в октябре 1978 года, взяв меня вслепую на Благодатную в Питер.
Я сделал круг и оказалось, что этот круг — ложный. В этом круге не содержалось ничего, кроме потери времени.
195
Подольцева Екатерина Львовна (р. 1949), общественно-политический деятель. Окончила математико-механический факультет ЛГУ (1971). Работала в Ленинградском институте методов техники управления (до 1988). В 1986 лидер группы «Доверие» («Группа за установление доверия между Востоком и Западом»). На квартире Подольцевой работал семинар «За демократию и гуманизм». В 1988 — инициатор создания Северо-Западного отделения партии «Демократический союз» (ДС). В 1990 эмигрировала в США. «Блестящая Катя» — назвала её Новодворская в своих воспоминаниях.