Осада Кавказа. Воспоминания участников Кавказской войны XIX века

3 мая генерал Граббе произвел смотр собранным войскам впереди лагерного их расположения. Конечно, тут не было никакого подобия тех блестящих парадов, к которым привык наш глаз в Петербурге. Не было ни щеголеватости в одежде, ни выправки, ни равнения; даже не всегда солдаты попадали в ногу. Нас, гвардейских офицеров, с первого взгляда поражали в кавказских войсках видимая распущенность, неряшество в одежде, даже казавшееся отсутствие дисциплины и точного отправления службы. Но вместе с тем не могли мы не подметить во взгляде каждого солдата какой-то отваги и самоуверенности, чего-то особого, отличавшего эти войска от всех других. Видимо, это были войска боевые, а не парадные.

С 3 мая начали съезжаться чины отрядного штаба. Обязанности обер-квартирмейстера принял барон Вревский, пока был старшим в чине, а несколько дней спустя капитан Вольф до прибытия полковника Норденстама, который все еще находился в Темир-Хан-Шуре, чтобы торопить снаряжение и отправление из Северного Дагестана предназначенных в состав Чеченского отряда частей войск и транспортов. Полковник Пулло остался начальником штаба. Это был хитрый грек, опытный в Кавказской войне, но вовсе незнакомый со штабными делами и не славившийся добродетелями Катона[115]. Вообще нельзя признать удачными как личный состав нашего отрядного штаба, так и самую организацию его. Временный обер-квартирмейстер капитан Вольф был человек умный, развитой, письменный, но вовсе не боевой, притом желчный и сухой. Из троих офицеров Генерального штаба, штабс-капитан барон Вревский, друг Вольфа, был, наоборот, вовсе не письменный, но с воинственными наклонностями и сильно развитым честолюбием; штаб-капитан Эдельгейм — честный, работящий финляндец, добросовестно исполнявший свои обязанности, и, наконец, штабс-капитан Шульц — замечательный оригинал, истый немецкий бурш[116], безгранично воинственный, рвавшийся на самые опасные подвиги. Таков был состав «квартирмейстерской» части отрядного штаба. Другая часть, известная названием «дежурства», имела какую-то странную организацию; она была разделена между несколькими лицами: должность «походного дежурного штаб-офицера» исполнял сперва майор Арбеньев, о котором было уже упоминаемо, а потом жандармский подполковник Викторов; «дежурством» же управлял штабс-капитан (считавшийся по гвардии) Бибиков — человек дельный, письменный. Кроме того, в состав штаба входили: капитан Сердаковский в звании казначея, инженер-подполковник Энбрехт, заведовавший инженерной частью, отрядный вагенмейстер капитан Домбровский и старший доктор Земский; затем немалое число адъютантов, постоянных ординарцев и т. д. Из гвардейских офицеров собственно при командующем отрядом, в качестве постоянных ординарцев, состояли поручик Перовский (кавалергард), подпоручик Булгаков (Финляндского полка) и корнет Тизенгаузен (Гродненский гусар); прочие были прикомандированы к разным частям войск: Преображенского полка — Потулов, Семеновского — Рылеев, Егерского — Ридигер, Лейб-Гренадерского — Муратов, саперного батальона — граф Нирод, Конной гвардии — Хрущов, Кирасирского Его Высочества — Мартынов, Конногренадерского — Маслов, Лейб-Уланского — Солодовников, Лейб-Гусарского — Никитин, Драгунского — Стромберг, Уланского Его Высочества — Воронов, гвардейской артиллерии — Жуковский, Вилькен и Зыбин.