Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники

Перед началом жатвы женщины в окрестностях Банска-Бистрицы из первых стеблей собранной ржи делали перевясла и обвязывались ими как поясом, чтобы не болела спина. Различными формами заговоров старались уберечь себя от того же недуга чешские женщины{660}.

В Словакии еще в начале XX в. длинные перевясла из первых колосьев пшеницы готовили и для хозяина поля. При первом его появлении на поле, незаметно подкрадываясь, женщины обвязывали его этим поясом (обычай этот называли povazovanie pánov — связывание панов). Хозяин, попавший таким образом в плен, должен был откупаться деньгами. Словакам была известна и другая форма этого обычая, гораздо шире распространенная: из первых самых красивых колосьев зерна делалось несколько маленьких букетиков, обвязанных розовой лентой для хозяина и его служащих. Каждый из них должен был заплатить за полученный букет. При этом жницы произносили традиционное приветствие: «Прикрепляем вам ленту с колосками, чтобы вы, пан, знали, что мы начинаем жать. Поэтому нам в этой работе помогайте, каждому жнецу и его напарнице стакан вина дайте» («Pripínam vám stužku s klásky, aby ste, pán, vedeli, že začíname žat’. Preto nám v tejto práci pomáhajte, každemu žencovi a jeho parnici pohár vínka dajte»){661}.

Старые чешские обряды начала жатвы очень сходны со словацкими, но они исчезли уже во второй половине XIX в., а в то время они сохраняли большую архаичность по сравнению с описанными выше словацкими обрядами более позднего времени. Чешские жницы пучками первого снятого зерна (или перевяслом) обвязывали руки или ноги каждому, кто приходил к ним первым на поле. Это мог быть не обязательно землевладелец, а любой прохожий. За свое освобождение он обязан был откупиться деньгами на пиво. Жнецы при этом так говорили о своем праве, приветствуя своего первого гостя: «Приветствуем вас, паны гости, учтиво в нашем труде. Мы получили такие права, что можем связать графов, князей и самого короля. При этом мы желаем им иметь в этом году большой урожай, а нам дать жбан хорошего пива, притом желаем им здоровья» («Pěkně vítám pane hosti, do naše práce s uctivosti. My toto práva nabyváme, že möžeme vázati hrabata, knížata а samého krále. Pročež jim přejem, aby hojnou úrodu letos měli a nám na džban piva dali a při tom se také dobře měli»){662}.

Обряд этот у чехов назывался «vázati někoho a dostati za to vázaného» («связать кого-нибудь и получить за это выкупное»). Многие исследователи считали его пережитком древнего языческого жертвоприношения, так как когда-то у чехов перед началом сбора урожая устраивалось угощение прямо в поле{663}.

Словаки до недавнего времени в первое воскресенье после начала жатвы проводили обряд «крещения» молодежи, в первый раз участвовавшей в жатвенных работах. Из числа старших опытных жнецов выбирались для них «крестные отец и мать». Принимая новичков в свою среду, жнецы обливали их водкой. «Крестные» всячески помогали своим «крестникам» во время работы, учили их правильно и быстро жать{664}.

Одним из самых популярных праздников календарного цикла у чехов и словаков остаются дожинки (dožinky, obžinky, dožata, homola), т. e. празднование конца уборочных работ. Обычай этот — явное отражение древнего аграрного культа, в нем соединились многие элементы обрядности, связанной с выражением благодарности за урожай, жертвоприношениями, магией плодородия и т. п. Праздник не мог быть приурочен к какой-то календарной дате, он праздновался в разных районах в различное время, это зависело от местных условий.