Трио неизвестности [litres]

– Почему не доложили сражу?! – взревел Канцлер.

Полковник втянул голову в плечи, но урийский лидер мгновенно взял себя в руки и жестом показал Желерду, что тот может спокойно продолжать – вспышки ярости не будет.

– «Ингербаль» вышел в эфир в положенное время, – не очень уверенно произнёс полковник. – Капитан доложил, что переход на Мартину совершён штатно, он поддерживает свяжь с «Яртекмунулем» и приступает к патрулированию. После этого детальное наблюдение за «Ингербалем» было снято. К тому же он сильно углубился на юг, а вести наблюдение там для нас жатруднительно. После того как «Ингербаль» дважды пропустил сеансы свяжи, я прикажал тщательно исследовать область, в которую он направился, и наблюдатели обнаружили крейсер на жемле.

По всей видимости, командир «Ингербаля» догадался, что видит перед собой лингийцев, те его атаковали, положили на землю, затем вернулись на Близняшку – этого требовал приказ Оперативного центра, но тут же прыгнули обратно, как можно ближе к полюсу, и сумели добраться до области видимых звёзд.

– Как получилось, что ударные станции пропустили к полярной жоне не имеющий допуска крейсер?

– Командир РН06 жаметил «Яртекмунуль», попытался с ним свяжаться, жаподожрил неладное, доложил и получил прикаж уничтожить крейсер. К сожалению, в то же самое время станцию РН06 атаковал лингийский импакто «Стремительный».

И это нападение помогло «Яртекмунулю» уйти на Пелеранию.

– Они действовали сообща?

– Я не жнаю, – развёл руками Желерд.

И сейчас это не важно, потому что даже если всё получилось случайно – всё получилось так, словно лингийцы действовали сообща.

«Их везение – в их дерзости. Дер Шу мог пройти мимо, мог затаиться, ожидая возвращения Помпилио, но не стал, предпочёл атаковать и тем, вольно или невольно, помог своим друзьям вырваться с Мартины. Сам погиб, а друзей вытащил. И если Пустота не накинула на «Яртекмунуль» смертельный Знак, если позволила дойти до Пелерании, то…»

Канцлер вздрогнул и посмотрел на остатки любимой трубки – задумавшись, он с такой силой сжал её в руке, что разломил её напополам. Свою. Любимую. Трубку.

А в глазах начальника Оперативного центра вновь появился страх.

«Интересно, сколько времени я пребывал в забытьи?»

И очень жаль, что приступ случился в присутствии Желерда.

– Советую молчать о том, что ты видел, полковник, – едва слышно произнёс Канцлер.

– Я ничего не видел, – одними губами ответил Желерд.

– Вожвращайся на пост и не спускай глаж с «Пытливого амуша». Я хочу жнать о каждом его шаге. И я… я не хочу его упустить.