Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем, 1933-1937 гг.
- Автор: Флоренский Павел Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Сатисъ
- ISBN: 5-7868-0100-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Все думы — о вас. Письма семье из лагерей и тюрем, 1933-1937 гг.». Краткое содержание книги:
Письма-послания — один из древнейших жанров литературы. Из писем, найденных при раскопках древних государств, мы узнаем об ушедших цивилизациях и ее людях, послания апостолов составляют часть Священного писания. Письма к семье из лагерей 1933–1937 гг. можно рассматривать как последний этап творчества священника Павла Флоренского. В них он передает накопленное знание своим детям, а через них — всем людям, и главное направление их мысли — род, семья как носитель вечности, как главная единица человеческого общества. В этих посланиях средоточием всех переживаний становится семья, а точнее, триединство личности, семьи и рода. Личности оформленной, неповторимой, но в то же время тысячами нитей связанной со своим родом, а через него — с Вечностью, ибо «прошлое не прошло». В семье род обретает равновесие оформленных личностей, неслиянных и нераздельных, в семье происходит передача опыта рода от родителей к детям, дабы те «не выпали из пазов времени». Письма 1933–1937 гг. образуют цельное произведение, которое можно назвать генодицея — оправдание рода, семьи. Противостоять хаосу можно лишь утверждением личности, вбирающей в себя опыт своего рода, внимающей ему, и в этом важнейшее звено — получение опыта от родителей детьми.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Оборотная сторона рисунка прицветия голубики, вложенного в письмо от 12–13 октября 1936 г.
Сейчас занимаюсь с инженерами этой дисциплиной, и как мне досадно, что не могу заняться с тобою. Если ты усвоишь, (но именно усвоишь) хотя бы первые главы, т. е. основные операции с векторами, то сразу почувствуешь себя вооруженным, тогда как без векторного мышления обычно бывает безпомощность. (Между прочим, у меня в руках книга Н. Е. Кочина «Векториальное исчисление», Л.-М., 1933, изд. 3-е; еще хорошая книга Я. Н. Шпильрейна; кратко — в теоретич<еской> физике Эйхенвальда, выпуск «Теория поля».) Но для усвоения вект<орного> исчисления непременно надо решать задачи, иначе ничего не запоминается. В третьих, старайся насытить кристаллографию физическ<им> и химическ<им> содержанием (образцовая книга: Lehmann, Die Molekular physik, хотя во многом и отстала очень существенно, но содержит драгоценный материал, старайся прибегать к ней). В-четвертых, отмечаю нек<оторые> книги: Делоне Б. Н., Математические основы структурного анализа кристаллов и определение основного параллелепипеда поверхности (?) при помощи рентгеновских лучей. Л. 1934. 328 стр., 4 р. 20 + 1р. Напоминаю о кристаллографии Вернадского — для общих установок. Было бы очень полезно (в последующем) вникнуть в идеи ФЕДОРОВА.1 Относительно твоих занятий осадочными породами: особенно важный момент, в частности для понимания генезиса пород, — их текстура2. Подбери материалы по различным способам охарактеризовывать текстуру; в моих материалах (напр<имер> о мраморе) кое-что найдешь тоже. Я убежден, что текстурному анализу, когда он будет опираться на точный учет форменных элементов и их геометрии (в связи с теорией вероятности) предстоит большое будущее. Кроме того, старайся вообще вникнуть в физическ<ие> способы охарактеризования пород (отражат<ельная> способность, капиллярность и т. п., электрич<еские> свойства). Если даже не будешь сам проделывать измерений, то хотя бы подбирай материалы по уже сделанному. Это дает много для понимания, как породы построены. — Посылаю тебе картинку — вид на лабораторию. — Очень важная область, промежуточная между грубым — макроскопическим — и тонким — микроскопическим — строением всякого рода природных тел, как-то обходится, хотя именно с ним связываются наиболее яркие свойства тел. — По поводу пестрой пермской свиты3 у меня есть одна мысль, разовью ее в след<ующий> раз, а ты подумай. Не есть ли эта свита генетический аналог граниту и гнейсу, но весьма молодой. Было бы очень интересно проследить ВСЮ последовательность, как в сторону еще более молодых отложений родственного типа, так и в сторону более древних, и дойти до метафорических кристал<лических> пород. Эту мысль я как следует не продумал, м.б. и откажусь от нее, но продумать следует. Крепко целую тебя, дорогой. — Обрати внимание на несогласное напластование (косослойность).
1. Федоров Евграф Степанович (1853–1919) — русский минералог и кристаллограф, один из основоположников современной структурной кристаллографии и минералогии, создатель научной школы.
2. Текстура — преимущественная ориентация кристаллов в поликристаллах или молекул в аморфных телах.
3. Свита (геол.) — основная единица, характеризующая последовательность формирования горных пород.
5–6 сентября 1935 г., быв. Монастырская кузница
Дорогой Кирилл, если ты приехал, то сообщи поскорее о себе. Безпокоится мамочка, но безпокоюсь и я. Надеюсь, напишешь, что ты сделал за лето. Получил ли ты мои «персидские» письма?1 Сообщаю еще, что слово ал, красный особого оттенка, т. е. того же корня, что и русское алый, вероятно не просто родственное нашему, а занесено к нам из Персии. Когда-то я занимался древнерусскими названиями драгоценных камней. Многие из названий обычно или остаются непонятными, или объясняются в словарях древнерусского и славянского языков совершенно ложно. Мне удалось установить точное значение терминов, опираясь на древние описи вещей, которые сохранились в натуре, и устанавливая непосредственно природу минерала. Многие древнерусские названия оказались восточными: армянскими, персидскими, индусскими и т. д., кое-что вошло через Грецию из Ассирии. Это очень интересная тема — проследить миграцию минералогической терминологии, и у меня были подобраны значительные материалы к работе этого рода. Как-нибудь посмотри их, найдешь вероятно и для себя что-нибудь полезное. — Сейчас я живу на берегу Святого озера, так близко от него, что из комнаты берега не видишь. Погода дождливая, порою бушует ветер со шквалами, озеро бурлит словно море. Дом старинный, с крепостными почти стенами. Мама безпокоится относительно здешних холодов. Но это ошибка с ее стороны: на Соловках климат гораздо теплее московского, правда лето прохладное, но зато и зима не холодна. Мы говорим, что здесь — словно в термостате. Зимой непрестанно дуют ветра, летом — часто. Поэтому я называю Соловки Островом Ветров (по греческим воззрениям жилище ветров было в стране гипербореев, т. е. следовательно на Соловках).