До самого пепла [СИ]

– И снова не о том, – создательница фантдопущения закрыла глаза. – Я спросила, что с нами будет, а не как нам выпутаться из попаданческой истории. Смотрите: снег, холод, лед. Всюду мороз, нигде от него не укрыться.

– А если закопаться в снег? – встрял Артем, но на него шикнули одновременно Мира и Лешка (с экрана).

Кажется, эти двое начали улавливать, к чему клонит рассказчица. И взгляд Кена стал колючим, вдумчивым.

– Укрытия нет, – повторила Ника и продолжила. – Только снежная вьюга и холод преисподней. Несомненно, все мы умрем, Оля права. Что – возможно – начнет с нами происходить до того, как мы умрем? В промежутке между попаданием в ледяной ад и смертью?

– Великолепно, – лицо Кена просветлело. – Я понял. Промолчу, чтобы не портить удовольствие другим.

– Удовольствие? – Барби скривилась похлеще прежнего. – Знала, что живу с извращенцем, но чтоб настолько?

– Ответ очевидный, да? – Мира потерла переносицу. – Витает в воздухе, но не ухватить. Холод, выживание, смерть. Между ними…

– Можно, я дам им подсказку? – с довольным видом спросил Костя, дождался кивка Вероники. – Человек – это такая скотина, которая ко всему привыкает.

– Резистанс[4], - выпалила Хель.

– Сопротивление, – одновременно с китаянкой озарило и Мирославу.

– Устойчивость? – с долей сомнения и небольшим запозданием относительно ответов девушек предположил Рюк.

– Да, да и да, – широко улыбнулась Вероника. – Мы понемногу привыкнем к морозу, станем чуть менее восприимчивы. Организм начнет сопротивляться, он же хочет жить.

– Повторюсь, – приподнял брови Кен. – Великолепно.

– Так, теперь немного усложним, – в ответ на вздохи облегчения (или чего-то иного) сообщила Ник. – Мы все еще на полюсе, дубеем, но терпим. И тут из бурана к нам на огонек выходит полярный медведь. Что случится?

– Тут нечего думать, – без заминки высказала Оля. – Кирпичный завод.

– Ты с ревом на дракона кидалась, – Рэй покачал головой. – А тут наложишь из-за милого белого мишки? Мишка разнообразит рацион, если найдется, из чего соорудить рогатину и пара острых ножей.

– И снова не о том, – прервала любопытные размышления Славы Ник. – Если мишка приласкает тебя лапой, ты все еще будешь привыкать к холоду?

Барби озвучила нечто витиеватое и абсолютно нецензурное.

– Привыканию придется подождать, – побарабанил пальцами по столу Вал, а потом снова «зачирикал» с переводом для Хель.

– Удар сбить резистанс? – уточнила Лин Мэйли.

– Пятьдесят очков Гриффиндору, – засмеялся Дмитрий. – Я наконец-то все понял. А можно встречи с мишкой избежать?

– Если повезет с попаданчеством, – загадочно улыбнулась Ник. – И в области переноса не будет медведей. И прочих… хищников.

– То есть, ничего не должно прерывать процесс привыкания? – уточнил Кен. – Или все сначала?

– Ничего, кроме смерти, – улыбнулась шире и нежнее Вероника. – Смерти от естественных причин.