![Синее море [Пьесы] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/1/8/6/sinee-more-pesy-download.jpg)
Синее море [Пьесы]
- Автор: Ермолинский Сергей Александрович
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Синее море [Пьесы]». Краткое содержание книги:
В книгу вошли шесть произведений, написанных в разной манере: от бытовой пьесы «Синее море» до романтической драмы об Александре Блоке. На глубоко изученном историко-литературном материале построены пьесы о Грибоедове и молодом Пушкине.
При всем разнообразии форм и сюжетов творчество С. Ермолинского пронизывает единая тема — тема человека, утверждающего свою цель в жизни, свой нравственный идеал.
Т е т у ш к а М и л а. Дай-то бог.
А н я. И он говорит, что таким, как мы, студентам, учителям, вначале легче не будет. Торгаши и спекулянты расцветут. Он говорит, что папаша Шевчик, того гляди, свой конфекцион возродит. Так что Косте будет хорошо, а уж нам придется без папенек и маменек. Он так и говорит. И это он заставил меня учить стенографию по системе Животовского, потому что надо уметь и знать, чтобы жить по-человечески, а не на чьей-нибудь шее.
Т е т у ш к а М и л а. Сережечка умный, вы ему верьте. Нет, а с частной торговлей все-таки легче будет. Долго ли можно протянуть на старых штанах?
А н я. Хорошо — у вас вещи, а у нас только книги. Цирк. (Прислушалась.) Может, будить?
Т е т у ш к а М и л а. Ни-ни-ни. Он заснул часа в четыре, а то и позже. Ночью стреляли. Вы слышали?
А н я. Кажется, в Загородном. Говорят, дезертиров ловили.
Т е т у ш к а М и л а. Прямо кошмар, а не жизнь… А проснется — уж то-то обрадуется, что вы у меня. Значит, помирились? Так отчего ж он такой пришел?
А н я. Помирились или поссорились — не знаю. Что-то случилось, Людмила Яковлевна. Не знаю, не знаю. Что-то случилось…
Т е т у ш к а М и л а. Может, настроение такое, неприятности?
А н я. Не знаю. Наверно, ему не понравилось, как я танцую Офелию. Посмотрите, как я танцую. (Печально танцует.) А тут я разбрасываю цветы и тихонько пою: «Так не придет он к нам опять, его нам больше не видать…» (Опустилась на стул, не закончив танца.) Как все сложно в жизни…
Т е т у ш к а М и л а (поджав губы). Вы что же, Анечка, может, еще и в балерины собираетесь?
А н я. Люблю танцевать. Что тут такого? И рада, обрадовалась, что у нас будет вечер, как было прежде, и теперь я уже не маленькая и буду танцевать Офелию…
Т е т у ш к а М и л а. В гимназии мадам Констан у нас тоже устраивали вечера. Я мелодекламировала по-французски.
А н я. Прибежала к нему поделиться…
Т е т у ш к а М и л а. А он что?
А н я. Я так привыкла, что ему нравится все, что я делаю. Не знаю, не знаю… (Поднимает голову, и на глазах у нее — слезы.) Знаю только, что не я от него, а он от меня уйдет. (Пауза.) Вот чем это кончится.
Т е т у ш к а М и л а (развеселясь). Что вы, деточка! Вы прекрасно танцуете! Может быть, вы и на самом деле Гельцер? (Суетясь, прибирает на столе.) Нужно антант кордиаль — сердечное соглашение. А ему не понравилось? У него характер. Долой, долой монахов, долой, долой попов… Как у Тимоши. Так-таки не поправилось? Отвернулся — и кончен бал?
Шаги.
Кто там?
Входит Ш е в ч и к.
Ш е в ч и к. Это я.
Т е т у ш к а М и л а. А Сережечка еще спит.
Ш е в ч и к. Спит? И ничего не знает? Фу-у. (Сел в изнеможении.) Я сейчас заскочил к Мишке, а его, заметьте, так всю ночь и не было, исчез…
Т е т у ш к а М и л а. Болтаешь не разбери что. В чем дело?
Ш е в ч и к. Я думал, что я погиб.
Т е т у ш к а М и л а. Ну вот, пошел-поехал. Погрызи коржик.
Ш е в ч и к. Только что меня таскали в чрезвычайку.
Т е т у ш к а М и л а. Господи!
Ш е в ч и к. Сижу, в горле ком, ничего не вижу. «Фамилия? Имя-отчество?..» И потом: «Вы в курсе?» Ни в каком я не в курсе. «Не притворяйтесь, хватит». В голове туман, несу какую-то околесицу. «Ладно, мы еще поговорим. Уведите его». Иду, шатаюсь. Думаю — в каталажку. Прощай, Шевчик! И представьте — выпускают на улицу. Солнышко светит. Я было подпрыгнул от радости, но не тут-то было: встречаю Валерку Конюса, а уж у него нюх. Несется как паровоз. Завел в подворотню. «Слыхал, Мишка Яловкин арестован? Говорят, убил кого-то…»
А н я. Мишка? Убил?
Т е т у ш к а М и л а. Не слушайте вы его. Дернет же за язык сказать такое! Всегда у него слухи.
Ш е в ч и к. Слухи, слухи, а за Дмитрием Васильевичем уже пришли.
А н я. За папой?
Ш е в ч и к. Не волнуйтесь, Анечка, но его увели.
Т е т у ш к а М и л а. Да замолчи ты…
Ш е в ч и к. Я не видел, но, говорят, под конвоем, трое с винтовками и сзади пулемет.
А н я. Я… бегу… домой…
Ш е в ч и к. Я не утверждаю, но говорят.
Т е т у ш к а М и л а. Сядьте, Шевчик, ни одного слова больше. Спокойно, дети! С вашим отцом, Аня, ничего не может случиться. Все знают в городе, какой он человек…
Ш е в ч и к. Но ведь это чрезвычайка, Людмила Яковлевна. Побыли бы там с полчасика, как я…
Т е т у ш к а М и л а. Тихо, звонок.