Вор [litres, оптимизирована обложка]

Я с бессильной злостью оглядел усыпанное перьями покрывало.

Опять распотрошила подушку!

— Я же велел этого не делать! Какого черта ты портишь мои постельные принадлежности?! — прорычал я, обнаружив, что чешуйчатая дрянь еще и обгадила мне голову.

Пакость проверещала что-то негодующее уже из вентиляции, а я в это время выскочил из постели и, вытряхнув из изрядно отросшей шевелюры застрявшие в ней бриллианты, потопал умываться.

— Ай… ой… уй… — вот примерно такими восклицаниями сопровождался мой недолгий путь в душевую. — Да чтоб тебя! Когда ты успела столько насрать?!

— Это очень ценные экскременты, не ругайся, — хмыкнул незримо присутствующий рядом Макс, когда я допрыгал на одной ноге до двери и, стряхнув с пятки впившийся камень, похромал в душ. — И вообще, какая бы ни была, а зверушка действительно полезная. Вон сколько денег нам сегодня наделала. Ты — баснословный богач.

— Но зачем надо было делать их у меня на постели?! И в мои карманы?!

— Ну ты ж ее хозяин, — уже не сдерживая смешков, отозвался дом.

— Это не значит, что надо было насрать мне в рот!

— У тебя предвзятое отношение. Нурра всего лишь производит бриллианты. Очень дорогие, кстати.

— Да! — рявкнул я уже из душевой. — Только меня не устраивает, каким местом она это делает! Если бы они у нее из лап вываливались, я бы не возражал! А когда из задницы…

— У нее нет кишечника. Так что тебе не на что жаловаться.

Я принялся яростно чистить зубы.

— Ефть на фто! Ефли тебе наво, собивай свои бвивьянты ф фазочку и любувся скока флезет!

— Они очень питательные, между прочим, — укорил меня дом. — Одного такого камня на целые сутки хватает. А если снизить напряженность защиты до минимума, то и на неделю. Благодаря твоей нурре я теперь могу лет сто ни о чем не беспокоиться.

Тьфу!

Я прополоскал рот.

— У нас камней и без нее хватает. Пока в Гоаре живут аристократы, можно вообще ни о чем не волноваться.

Бамс!

Я вскинул голову и раздраженно уставился на выглядывающую из-за решетки вентиляционной шахты крысу. Когда наши взгляды встретились, ожившая статуэтка пошевелила носом, пару раз моргнула, а потом вытолкнула наружу еще один камень, который сперва стукнулся о стену, а потом отскочил и с тихим плеском шлепнулся в унитаз.

— Видишь, как она старается! Внимание привлекает! — нагло заржал Макс, когда нурра распахнула пасть, сердито зашипела и, процокав когтями по трубе, снова умчалась в темноту.

Я только закатил глаза.

— Все, к демонам твою нурру. Ты сделал, что я просил?

— А то!

— Тогда идем работать, — вздохнул я и, вытеревшись насухо, пошел экспериментировать с защитой.

На ее изучение я угробил весь день до самого вечера. Макс, конечно, старался, но его усилия не слишком мне помогли. Проблема заключалась в том, что для имитации защиты мастера Дартье он создавал ячейки из отдельных нитей, потому что иначе не умел, а там нить была всего одна. Длиннющая, цельная, многократно обвязанная вокруг крохотных фиксаторов и способная разродиться любым из встроенных в нее заклинаний при малейшем повреждении. Ее нельзя было ни разрезать, ни просто коснуться, ни открепить от фиксатора. Стоило такой нити провиснуть в одном месте, как тут же менялось натяжение на другом участке и активировалось сигнальное заклинание.